– Пожалуй, с этим не поспоришь. Знание действительно сила. И, возможно, он действительно опасен. Однако, хочу заметить, эта организация, в которой ты работаешь, решила уничтожить мир. А этот Странник, единственный кто решил остановить вас.
– А с чего ты решил, что он хочет нас остановить? Возможно у него другие цели.
– Возможно. – не стал спорить я. – Но у него моя семья и у меня пока нет другого выхода кроме как слушать его. К тому же мы с тобой договорились держать ушки на макушке. Ведь так?
– Так. – подтвердила Ада.
– Тогда хватит болтать, давай уже скорее разберемся с нашими делами и получим желаемое.
– Хорошо. – кивнула Аддета и сделала неуверенный шаг вверх по лестнице, я пошел рядом.
"Очень странно видеть Аду, в таком состоянии. Все то время, что мы путешествуем вместе она ни когда не была такой растерянной. Наоборот, она всегда знала что делать, лезла везде первой, еще и мной командовала. Однако, встреча с Незнакомцем – Странником, ее изменила. Я не слышу той уверенности в ее голосе. Она сейчас стала больше похожа на напуганную девушку, попавшую в незнакомое место. И раз Аддета так напугана, значит и мне стоит опасаться. Но почему-то, не смотря на то, что я сказал Аде, я не чувствую в Незнакомце угрозы. Да он многое не договаривает и не вернул мне сразу моих родных. Но, во-первых, Ада мне тоже многое не рассказывает, а во-вторых, он объяснил, что сейчас мне видеть мою семью нельзя, это опасно для них. И то как он это сказал, заставляет верить ему. При словах о семье голос Незнакомца немного дрогнул. Такое чувство, что он сам заинтересован в спасении Маши с Павликом. Поэтому исходя из всех раскладов, я буду помогать Страннику. Не забывая о бдительности и по отношению к нему и к Аддете. Как говориться доверяй, но проверяй, а в моем случаи не доверяй." – за этими размышлениями мы с Адой поднялись к Незнакомцу в черном.
– Я смотрю живости вам не хватает. – заметил Странник на вершине.
– У нас был очень трудный день. – огрызнулась в ответ Аддета.
– О, я в этом не сомневаюсь. И могу вас заверить, он будет еще труднее. Но обо всем по порядку. Сейчас прошу в мою временную резиденцию. – Незнакомец указал на небольшое, слегка покосившееся одноэтажное строение.
Проследовав за Странником, мы вошли в старое здание музея Революции. Незнакомец щелкнул небольшим рубильном и на облупившимся потолке зажглась одинокая, тусклая лампа накаливания. Ее света еле хватало чтобы осветить помещение, но и его было достаточно, чтобы понять в каком ужасном состоянии находился некогда ухоженный музей. На выставочных стендах не хватало экспонатов, да и сами стенды были либо разбиты, либо находились под толстым слоем пыли. Стену музея украшала некогда величественная панорама биты. Увидев ее, на меня сразу нахлынули воспоминания. Я вспомнил как сюда меня возили родители. Я тогда был еще совсем маленький и немного понимал. Самое большое, что мне тогда очень запомнилась так это именно эта панорама. Панорама последней битвы Гражданской войны на Дальнем Востоке. На ней была изображена Волочаевская сопка, она же Июнь-Корань на языке народов Приамурья. Никогда не знал, что означает название Июнь-Корань, но оно плотно засело у меня в памяти, хотя я думал что давно уже забыл его. Однако, стоило снова увидеть эту панораму и название само всплыло в памяти. На вершине сопки укрепились Белогвардейские войска, в мерзлой земле у них были вырыты траншеи, установлены пулеметы, склон был специально облит водой, чтоб усложнить наступление Красной армии. На полотне было хорошо видно, как посреди зимы бойцы Красной армии пытаются штурмовать хорошо укрепленную сопку, погибаю, жертвуют собой. Но поднимаются и снова идут в атаку. Как говорила моя мама, среди наступающих были и мои предки. Я помню, как гордился этим в тот момент. Но, увы, погрузившись в проблемы нынешнего бытия, я совершенном забыл об этих своих героических предка. И, сейчас, мне было очень стыдно. А наполовину выцветшая, пожелтевшая панорама только усиливала чувство стыда.
Из плена воспоминаний меня вырвал голос Незнакомца.
– Не будем терять время, у нас впереди много дел, а времени очень мало. Аддета, начнем с тебя. Садись на этот стул. – человек в черном взял стоявший у стены стул и поставил его в центр музейного зала.