Они подходят к нам, и Лиза начинает ворковать, как она это умеет. Вообще-то, оба молодых человека красивы. И они даже чем-то похожи. Оба темноволосые, хорошо сложенные, наверняка занимаются спортом, оба обаятельны. Правда, у того, что пониже глаза серые, как грозовое весеннее небо. А у того, что постарше они черные и отволакивающие. Он смотрит так, что мне кажется, будто он видит все, что скрыто под моим платьем. Чувствую, как мои щеки полыхают от смущения.
Сероглазы парень — это и есть Никита Анисимов, тот самый хозяин вечеринки, о котором мне всю дорогу говорила Лиза. У него шикарная улыбка, от которой загораются его глаза. Правда, шуточки у него пошлые, и от них становится неловко. Его друг Самир малоразговорчив, но когда он говорит, от звука его голоса меня бросает в горячую истому. В какой-то момент Никита увлекает Лизу потанцевать, а мы с Самиром движемся к широкому крыльцу дома. Он о чем-то спрашивает, и я даже что-то отвечаю, но почти не сосредоточиваюсь на словах. Мне просто нравится его присутствие рядом. Я чувствую жар его тела — он идет совсем рядом, и при движении мое легкое платье иногда задевает его руку. А еще я чувствую запах его туалетной воды. Мне нравится, что от него не пахнет ни алкоголем, ни табачком. Эта смесь всегда ассоциируется у меня отцом и скандалами дома.
Когда мы доходим до входа в дом, Самир останавливается, я разворачиваюсь к нему. Мы стоим очень близко, и оба молчим. Я вижу, как он то и дело переводит взгляд с моих глаз на губу и понимаю, что он хочет меня поцеловать. А еще понимаю, что и сама жажду этого. Самир очень красив, какой-то агрессивной красотой, которая так свойственна многим восточным мужчинам. Я ловлю себя на мысли, что очень близка к тому, чтобы забыть о всех своих предрассудках и ограничениях и просто расслабиться. Вот Лиза удивится, если я и Самир…
— Вот ты где! — раздается за спиной веселый голос Лизы. — Пойдем. Мы на пять минут, — оборачивается она к парням и увлекает меня внутрь дома.
***
Лиза быстро находит большую туалетную комнату, где мы запираемся.
— Господи, да у них туалет больше, чем моя комната дома, — говорю я.
— Этот Никита просто Крез какой-то, — говорит Лиза. — Он в золоте купается. Я слышала, что папаша у него добренький и ни в чем сыну не отказывает. Вот бы отхватить себе этот лакомый кусочек.
— В чем же дело? — улыбаюсь я.
— В том, что нужно через голову прыгнуть, чтобы такие парни, как Никита, женились на таких, как мы.
— Ну, я даже и не рассчитываю, — смеюсь я. — Тем более брак без любви я не признаю, ты же знаешь. Да и вообще, нам всего восемнадцать, какой замуж!
— А я бы вышла, — мечтательно улыбается Лиза. — Прямо вот сегодня выскочила бы.
Она крутится перед большим зеркалом, потом перехватывает мой взгляд и говорит:
— Кстати, этот Самир… очень горячий, да? — подмигивает она моему отражению в зеркале.
Я смущаюсь, заливаясь краской чуть ли не до корней волос. Лиза лезет в сумочку и что-то оттуда вытаскивает.
— Вот, — сует она мне в руку это «что-то», и раскрыв ладонь, я вижу, что это презерватив. — Если решишься, то не забудь о предохранении. Хотя я уверена, что у таких, как Самир, все схвачено.
— Я не собираюсь с ним спать… — протестую я.
— Да брось. Если уж и лишаться с кем-то девственности, то с таким, как Самир. Он такой горячий.
Я мотаю головой, но понимаю, что Лиза права. Да она видит меня насквозь. Вот уж не думала, что у меня при первой же встречи может так снести крышу от парня.
— Ладно, ты иди, — говорит Лиза, — а я сейчас.
Выхожу и иду по длинному коридору. Из-за одной из дверей доносятся стоны. Ясно, что там происходит. Меня это несколько отрезвляет. Не хочу так. Самир, конечно, горячий, и меня безумно к нему влечет, но ведь у него таких, как я, наверняка вагон и огромная тележка. «Какая разница», — тут же раздается в голове голос Лизы. Дина, не будь столь старомодной. Не будь консервативной!
Я спускаюсь по лестнице, и вижу в холле Никиту. Он улыбается мне и подходит к подножию лестницы.
— У тебя красивый дом, — говорю я.
— Нормальный, — смеется он.
— Твои родители не против таких вечеринок?