Я хочу встретиться с Самиром. Он всегда мыслит рационально, и его совет мне пришелся бы как нельзя к месту. Однако Самир еще днем сказал, что он сегодня за городом по делам фирмы. Мы договариваемся встретиться во вторник.
О Дине по-прежнему никаких вестей. Ее телефон вне зоны доступа сети. Я звоню одному знакомому человечку. Он за хорошее вознаграждение пробивает сим-карту и сигнал с нее. А толку-то? Эта сучка Дина выбросила мобильник где-то посреди поля между нашим домом и федеральной трассой. Я также узнаю, что моя жена обналичила все деньги с карты, которые я перевел ей в последний раз. Она обналичила их на следующий же день после того, как я вернул ей карту. Какая же все-таки хитрая дрянь. Все продумала. Видимо, тогда я зря дал ей всего лишь одну пощечину. Надо было поучить ее уму-разуму, чтобы знала, что со мной шутки плохи. А теперь… У нее теперь достаточно денег, чтобы снять неплохую хату в Москве. Где ее найдешь в таком большом городе? Тут же в голове всплывает другая мысль: а стоит ли ее искать? И что с Лизой делать?
Как же меня все бесит! Эти проклятые бабы будто решили свести меня с ума. С силой я швыряю бокал с коньяком в стену. По ней тут же бегут темные потеки. Вот. Испортил хороший ремонт, который мы делали не так давно. Дина, видите ли, хотела обновлений. Вбухала кучу бабла в интерьер. А что в результате? Сбежала. Я со всей дури пинаю ногой журнальный столик. Он со скрежетом отлетает к стоящему напротив дивану. Что мне, черт побери, теперь делать со своей жизнью?
С Самиром мы встречаемся во вторник вечером, и я выкладываю все «последние» новости.
— И что думаешь делать? — спрашивает он.
— Я без понятия. Для начала надо найти Дину.
— И?
— Что «и»? — его вопросы начинают меня подбешивать. Мне кажется, что он надо мной насмехается. Конечно, все теперь будут ржать: от Никиты Анисимова сбежала жена. Ненавижу эту сучку. — Что «и»? — раздраженно переспрашиваю я.
— Найдешь ты Дину и что дальше? Прикуешь ее наручниками к батарее?
— Почему это?
— Прошлый раз ты, Никитос, утверждал, что Дина приняла ситуацию и проглотила. А теперь ты говоришь, что она сбежала. С чего бы ей сбегать, если твоя женушка все поняла? Или это я сделал неправильные выводы из твоих слов? — бровь Самира взлетает вверх. В глазах — его извечная усмешка. Смешно ему! А мне — хоть вой.
— Ну, мне пришлось несколько надавить на Дину, — признаюсь я. — Заставить ее, так сказать, смириться.
— Наверное, мне лучше не спрашивать, каким образом ты это сделал?
Я пожимаю плечами. Моя жена — мои правила.
— В общем, я делаю вывод, — продолжает Самир, — что, что бы ты там ни придумал для Дины, она решила, что ей этого не надо, а потому улизнула.
— Поэтому я и хочу найти ее как можно скорее и еще раз все объяснить.
Самир смеется.
— Че ты ржешь? — раздражаюсь я.
— Да не пойму я тебя, Никитос.
— Что тут непонятного? Я хочу вернуть жену!
— Ну, допустим, ты ее вернешь, — кивает Самир. — А что дальше? Как ты ей объяснишь беременность Лизы? Или ты Лизу на аборт отправишь?
— Нет, конечно, это же мой ребенок. Я давно хотел, да и отец уже замучил вопросами о наследнике.
— Хорошо, — кивает Самир. — Наследника, кажется, ты настругал. Правда, от любовницы. Вернешь Дину, и что? Вы будете жить втроем: Лиза, Дина и ты?
— Че за чушь ты несешь? — смотрю я на друга.
— Чушь, — соглашается он. — Я просто не понимаю, как ты хочешь разрулить ситуацию.
— Я и сам не понимаю, — признаюсь я.
Самир плескает мне еще коньяка, а себе доливает минеральной воды. Мы молчим, и я реально не понимаю, как мне выкручиваться из положения. Я не хочу терять Дину. Просто не хочу, и все. Она моя, черт возьми. Но раз Лиза беременна... Раз Лиза беременна, то что?