Еще совсем недавно я была уверена, что могу положиться на Лизу, но Лиза оказалась даже хуже Никиты. От мысли о бывшей подруге меня начинает тошнить.
Я долго не могу уснуть, листаю ленту соцсети в интернете, бездумно рассматривая фотографии. Вдруг среди кучи постов мой взгляд выхватывает фотографию Ларисы Рыбаковой. Мы вместе учились в университете, до того как я его бросила, и когда-то она была мне почти так же близка, как Лиза. Лара живет на юге, у моря. Я сто лет ей не звонила. Последний раз — в начале лета, чтобы поздравить с днем рождения. Помнится, она приглашала в гости...
Я засыпаю с этой мыслью, а наутро звоню Ларе. По моему голосу она сразу понимает, что у меня что-то случилось.
— Ты как? — спрашивает она.
— Я развожусь с Никитой, — признаюсь я.
— Ого! — ахает Лара. — Неожиданно...
— Тринадцатого развод.
— Это ты от него ушла или он тебя бросил?
— Все сложно. Ты даже не представляешь, насколько сложно. — Чувствую, как слезу капают из глаз.
— Тогда почему бы тебе не собрать вещички и сразу после развода не приехать в наши теплые края? — предлагает Лара. — Мы с Егором будем рады тебе. Погостишь, отдохнешь, а может, тебе так у нас понравится, что останешься!
Мне даже не пришлось просить Лару о помощи, она все поняла без слов. Сама успела хлебнуть немало. На деньги, которые остались у меня в кошельке еще с тех пор, когда я и не думала, что совсем скоро разведусь с Никитой, я покупаю билет на поезд, бронируя его на самый конец сентября. Двух недель должно хватить, чтобы поменять паспорт и все остальные документы. Я понимаю, что приеду к Ларисе без гроша за душой, но я что-нибудь придумаю уже на месте. Обязательно придумаю. Главное, чтобы ни Никита, ни Самир не узнали о том, что я ношу под сердцем ребенка. Иначе они закуют меня в кандалы навсегда. А мне так нужна свобода.
Глава 18
Дина
Адвокат заехал за мной в восемь тридцать, через полтора часа мы должны быть в загсе. Ехать на другой конец города. Я так нервничаю, что меня потрясывает.
— Не волнуйтесь, — успокаивает он меня. — Заявление мы с вами подали, за документами явимся вовремя.
— А если Никита передумает? — спрашиваю я.
— Сейчас уже это не имеет никакого значения. Даже если он не явится в загс, то мы-то с вами приедем, а значит, вас в любом случае разведут.
Я вижу участливый взгляд мужчины и думаю: что такого Самир рассказал ему обо мне и Никите, что тот без лишних вопросов понял, насколько мне плохо и страшно.
— А Никита... он тоже там будет? — со страхом спрашиваю я.
— Не знаю, господин Анисимов не уточнил. Не волнуйтесь, я буду все время рядом, так что вам даже не нужно будет разговаривать с бывшим мужем.
Побыстрей бы он и правда стал бывшим. Чувствую, как сильно колотится сердце. Молю бога, чтобы Никита не приехал в загс или приехал позже.
Но когда мы с Александром Ивановичем входим в здание загса, я понимаю, что мои молитвы никто не услышал. В фойе в красивом кресле с золотой окантовкой, слово царь, восседает Никита. На ручке кресла умостилась Лиза. Я вижу, как две пары глаз устремляется на меня. Серые глаза Никиты смотрят со злостью и нескрываемой ненавистью. В зелёных Лизы плескается реванш. Кажется, моя бывшая подруга ни капельки не чувствует себя виноватой. Она так гордо вскидывает подбородок, будто выиграла в каком-то важном забеге.
Адвокат жестом предлагает мне сесть на диване в сторонке. Он остаётся стоять рядом, лишь время от времени меряя шагами небольшой пятачок от моего дивана до закрытой двери кабинета.
— Они открываются с десяти, — шепотом объясняет он. — Придется подождать.
Я бросаю взгляд на часы. Господи, ещё двадцать минут! Лиза что-то начинает ворковать Никите на ухо, а он не сводит с меня глаз. Инстинктивно я хочу защититься и кладу ладонь на живот. Осознаю, что этот жест слишком красноречив и отдёргиваю руку. Чтобы не видеть Никиту и его испепеляющего взгляда, сажусь вполоборота к окну. В небольшом парке у входа в загс деревья покрыты багрянцем листьев. Началось бабье лето. Природе, кажется, хорошо. А вот мне очень плохо. Краем глаза вижу какое-то движение и снова молюсь про себя: «Только бы он не вздумал подойти ко мне, только бы не вздумал заговорить». Несмотря на то что адвокат рядом, я боюсь. Боюсь, что Никита что-нибудь сделает.