Однако это вовсе не Никита. Это Лиза отправилась к большому зеркалу и начала рассматривать своё отражение в нем, поправляя прическу. Я чувствую, что волнение чуть-чуть отпустило. Осталось ждать десять минут, пока не придёт сотрудник загса, чтобы оформить наши документы.
Лиза, перехватив мой взгляд в зеркале, резко разворачивается и устремляется ко мне.
— Так и будем молчать? — с ехидцей спрашивает она.
Я отвожу глаза в сторону — мне нечего ей сказать.
— Да уж. Ты, Дина, всегда была амебой, — злорадно говорит Лиза.
— Нет, Лиза, — спокойно отвечаю я. — Я всегда была твоей подругой.
Я вдруг понимаю, что не злюсь на нее. Внутри меня — пустота. Ни она, ни Никита не стоят моих переживаний. У меня теперь другие заботы, думаю я о жизни, что растёт внутри меня.
— Хочешь сказать, что я неблагодарная и увела твоего мужа? — с вызовом спрашивает она. — Так знай: Никита всегда должен был быть моим, а не твоим. Мы с ним... У нас с ним все случилось ещё в тот день, когда мы познакомились, а потом влезла ты. — На последнем слова её голос уже звенит негодованием. — Так что это ты увела у меня мужчину, а я просто взяла своё.
Смотрю на неё с жалостью. Вот, значит, как она думает.
— Не устраивай сцен, — шипит Никита, который тоже подходит к нам.
Они оба стоят, а я сижу, отчего чувствую себя совсем маленькой... и униженной. Я встаю, чтобы перестать испытывать это отвратительно чувство. Это им должно быть передо мной стыдно, а не наоборот.
— Ну, раз ты взяла своё, то я за тебя искренне рада, — говорю я. — Хотя ты вроде бы все эти годы оставалась при своём, грела его постель.
— Да, грела, — почти кричит Лиза. — И буду греть дальше! А ещё мы поженимся. Если хочешь знать, я жду от Никиты ребёнка!
Она смотрит на меня с таким триумфом во взгляде, что мне становится тошно. Чувствую, как неприятно начинает тянуть низ живота. От сказанного Лизой моё самообладание рассеивается, как туман при первых лучах солнца. Я не могу скрыть удивления, перевожу взгляд на Никиту и вижу, как он мерзко улыбается:
— В отличие от тебя, Лиза в состоянии исполнить свои женские функции.
Я сглатываю ком, подступивший к горлу. Интересно, если бы Никита знал, что я беременна, как бы он разрешил ситуацию? Беременная жена, беременная любовница. Устроил бы гарем? Нет, обо мне он точно не узнает. Ни-ког-да.
— Поздравляю вас, — выдавливаю я их себя улыбку, но чувствую, как дрожит мой голос.
Никита довольно хмыкает, он думает, что ударил по самому больному, ведь последние года два он и его отец постоянно наседали на меня, заставляли проходить одно обследование за другим, не говорили, но намекали, что я бесплодна.
— Проходите в кабинет, пожалуйста, — раздаётся за спиной резкий женский голос.
За перепалкой мы не заметили, как пришла сотрудница загса.
Процедура развода не заняла много времени, и уже через полчаса адвокат передаёт мне свидетельство о расторжении брака и паспорт. Мой брак действительно оказался бракованным. Что ж, зато я поумнела. В одночасье.
Вслед за адвокатом я выхожу на улицу, и мы идём к парковке. Нам ещё нужно съездить и подать заявление на переоформление моего паспорта. Все остальные документы Александр Иванович взялся переоформить самостоятельно и в самые кратчайшие сроки.
На парковке я вижу знакомую фигуру. Самир! Он же не собирался давать Никите знать, что имеет отношение к нашему разводу, что именно он помогал мне все это время. Тогда зачем он приехал?
Слышу шаги сзади, и тут же раздаётся голос Никиты. Он удивлен, не мене моего:
— Самир? А ты что здесь делаешь?