— Живая, — вдруг выдал он.
— Полагаю, это можно считать комплиментом? — я хохотнула.
— Ведёшь себя непринужденно. Просто. Плюешь на какие-то условности. Ты не такая, как все, — искренне проговорил он. — Вот и сейчас с аппетитом ешь мою стряпню, не беспокоясь о своём внешнем виде. Не парясь, что у тебя тушь потекла, волосы без укладки и вообще ты сырая после бассейна.
— Извини, я не хотела ставить тебя в неловкое положение своим видом, — я тут же вскочила, собираясь ринуться к бассейну за джинсами.
— Дурочка, — отозвался он. И это, казалось бы, обидное слово, из его уст звучало очень нежно, ласково. — Ты меня, видимо не так поняла.
Кристиан поднялся вслед за мной, приблизился и легко коснулся пальцами запястья.
— Мне ты нравишься такая, какая есть. Ты не притворяешься, не строишь из себя безэмоциональную фарфоровую куклу, а открыто демонстрируешь все, что чувствуешь. Это редкость сейчас. Этим ты меня зацепила ещё тогда, на дегустации.
Его слова больно ранили сердце. Если бы ты только знал, как я умело могу обманывать и притворяться… Я виновато опустила глаза в пол.
— Не обижайся, я вовсе не хотел задеть тебя, — глядя на мой понурый вид, добавил Крис.
— Ты и не задел.
— А что случилось тогда? — согнутым указательным пальцем он аккуратно приподнял мой подбородок и заглянул в глаза. — Куда вдруг исчезла та жизнерадостная Оливия, которая ещё пару минут назад уплетала пасту?
— Я не такая хорошая, как ты считаешь. Я вовсе не такая…
В горле будто пересохло. Моя речь оборвалась на полуслове. А готова ли я сейчас ему во всем признаться? Взять и вылить на него, такого идеального и правильного мужчину, все помои, всю грязь, что таилась в моей душе? Хочу ли я потерять его прямо здесь и сейчас?
— Ты лучше, Лив. Ты намного лучше, — бескомпромиссно продолжил он, не давая мне и слова вставить.
Я только открыла рот, чтобы возразить в ответ, но он заткнул меня поцелуем. Его влажные губы были нежными и настойчивыми одновременно. На миг я оторопела, совершенно не ожидая такого финала нашего разговора, но как только его язык завладел моим, а ладони по-хозяйски легли на мою задницу, все слова с признаниями покинули мою голову. Их словно ветром сдуло.
Поцелуй стал более страстным, я провела руками по его щекам, касаясь ноготочками щетины. Мы буквально сливались в единое целое, задыхаясь от страсти.
Необузданная похоть разлилась по моим венам, я чувствовала, как восставшая плоть Кристиана упирается мне в бедро.
Тоненькие бретельки топика как-то незаметно сползли вниз, открывая взору грудь, спрятанную в ажурный лиф без чашечек.
Губы Криса переместились на мою шею, затем на ключицы, потом на грудь. Его касания оставляли на моем теле горячие отметины, неистово заставляя желать большего.
Непроизвольно с губ сорвалось его имя.
Он поднял руку, подцепил пальцем лямку бюстгальтера и спустил ее по моей руке. И сделал то же самое со второй.
У меня перехватило дыхание, румянец появился на щеках, от сладкого предвкушения дрожь пробежала по позвонкам. С каждым вздохом возбуждение нарастало, сердце плясало в груди. Одно ловкое движение руки и Крис избавил меня от лифчика. Белье упало к ногам.
Кристиан обхватил мою грудь обеими руками, припадая к ней губами, лаская поочерёдно то один сосок, медленно обводя его языком, словно смакуя, то другой.
Я подалась вперед, выгибаясь. Его касания сводили с ума, мои пальцы зарылись в его волосах.
— Кристиан, — с придыханием, умоляюще, простонала я, перемещая свои руки на его ремень, притягивая к себе.
Он тут же отреагировал. Отпрянул от моей груди, быстро скинул с себя майку, обнажая шикарное, подкаченное тело, показывая татуировки, которыми он был украшен. Я попыталась расстегнуть пряжку ремня, но руки предательски дрожали, то ли от волнения, то ли от переполняющих эмоций и сделать это с первого раза не удалось. Не получилось и со второго. Благо, Крис очень вовремя пришёл на помощь.
— Ты очень красивая, — произнёс он, бесстыдно рассматривая меня, параллельно скидывая с себя джинсы, оставаясь в одних только боксерах, демонстрируя своё возбуждение в полную длину.
До ужаса хотелось дотронуться до его торса, провести ладонью по кубикам на животе, ощутить их рельефность. В тоже мгновенье, я осуществила своё желание. Кожа Криса была горячей и гладкой, я чувствовала, как ритмично стучит его сердце. Он перехватил мое запястье и поцеловал его.
— Ты сводишь меня с ума, Оливия Джонсон, — не отпуская моей руки, прошептал он.
От его прикосновений по телу бежал ток. Мы вновь слились в поцелуе. Безумном. Страстном. Возбуждение возрастало и извивалось в животе.