Папа сказал:
— Я очень рад, что к нам приехала добрая волшебница.
Врачи и воспитатели захлопали, и некоторые дети тоже захлопали, хотя что-то поняли далеко не все — для некоторых это была лишь возможность поегозить. Однорукий Костя радостно тряс погремушкой.
— Ну все, ребята! — с улыбкой проговорила Изергина, и шум утих.
Что-то чувствуют они!
Гриня удивительно долго переводил Джуди слова моего папы — видно, не знал, как по-английски будет «волшебница». Помню, над его знанием английского мы когда-то вместе смеялись. Однако вылез нахально — обязательно должен быть на виду. Если не в связи со здравоохранением в нашем городе (пришедшим в последние годы в упадок), то хотя бы в связи с приездом иностранных гостей.
— Она приехала из далекой Америки... — Отец сделал паузу. Раздраженно глядел на Гриню — так долго тот переводил на ухо Джуди. — ...и привезла вам много подарков — игрушек и лекарств! — закончил папа.
Изергина захлопала, за ней все. Джуди, не дожидаясь конца перевода, встала и, улыбаясь, помахала рукой. Изергина посмотрела на нее — и Джуди кивнула. Значит, будет говорить. Гриня, бедолага, утер кружевным платочком пот. Изергина что-то шепнула ему, и он с облегчением кивнул. Она нашла взглядом меня и поманила пальчиком. И вот я на сцене! Спасибо Инне Викторовне, жене командира из дальнего гарнизона, которая занималась мною с четырех лет, учила музыке и английскому... Помнишь, папка? Я посмотрела на него. Он сдержанно улыбнулся. Инну Викторовну он, видно, забыл. Хотя, по-моему, у них было что-то — но такие мелочи жизни он вряд ли помнит. Хорошо, что Изергина вспомнила про меня, — не зря я переводила ей научные журналы.
Я переводила почти синхронно. Джуди с некоторым изумлением глянула на меня. Она говорила о том, что у них в США много делается для того, чтобы люди с отклонениями здоровья и психики чувствовали себя равноправными членами общества, и она надеется, что в России вместе с наступлением демократии улучшится жизнь детей, находящихся здесь, а также и условия работы персонала, и в этом их фонд готов оказать посильную помощь. Хотя она и так высоко ценит работу медиков и воспитателей и видит замечательные результаты их труда.
Внесли подарки.
Особенно, помню, меня потряс настоящий десятиметровый бассейн, установленный прямо здесь, в зале. Вместо воды он был весь заполнен разноцветными упругими шариками, наподобие шариков для пинг-понга. Слаборазвитые дети, барахтаясь в них, развивали координацию, сенсорные, тактильные ощущения, понемногу начиная выполнять несложные задания педагогов. Представляю, сколько стоит эта «купальня»!
Было также десять комплектов оборудования по методике Монтессори. Больше всего впечатлила меня настенная дорожка: дети, идя из спальни в столовую, вели ручонкой по этой дорожке, и каждая следующая «клавиша» была другой — шершавая, гладкая, звенящая, пищащая, упругая, липкая, светящаяся. Через час детишек повели на обед, и я видела, как они реагируют, ведя рукой по дорожке, — то радуются, то задумываются, то хватают и жмут. У некоторых на лице в первый раз появилось хоть какое-то выражение. Уезжая, папа ласково похлопал меня по плечу, словно ничего страшного между нами не было. Просто дочурка выбрала трудный путь, и папа этим гордится. Мы вышли их провожать. Сергеич, поздоровавшись со мною, шепнул, что гостей повезут в Дом приемов (на официальную дачу)... Нам там, видимо, делать было нечего. Изергина была явно оскорблена.
И обиду ее я понимаю — жизнь у нас, прежде тихая, медленная, вдруг стала какой-то слишком бурной, а нашими мыслями и ощущениями не интересовался уже никто.
Раньше мы хоть решали что-то, а теперь как-то все делалось помимо нас. Вскоре опять появилась Джуди с какой-то важной дамой из Москвы. Я оказалась в кабинете Изергиной как переводчица Джуди. Московская дама сообщила нам, что «сама Раиса Максимовна Горбачева» дала добро на усыновление американскими семьями русских сирот, с условием оказания им медицинской помощи, которой им в России не могут оказать. Замечательно! Но... оказывается, уже у них и список был готов. Да, Джуди всего день здесь в прошлый раз провела: вот что значит американская деловитость! Мы с Изергиной даже как-то растерялись. В списке я с удивлением увидела Лешу Зуева, сына Капы... какой же он сирота? На мой вопрос важная дама ответила с надменной улыбкой, что это всего лишь предварительный список, — конечно, он будет согласовываться со всеми заинтересованными лицами, а также с законом.