Клеон побежал в угол комнаты, где Павел играл с новым паровозиком.
– Павел, смотри! – Клеон поднес кубик прямо к глазам Павла. – Там внутри разноцветные движущиеся линии! Такие красивые!
Павел охотно оставил паровозик и взял в руки кубик, потому что любил старшего брата и безгранично ему верил.
– Видишь? Свет движется! – Клеон нетерпеливо заглядывал через плечо Павла, пытаясь посмотреть на кубик.
– Неа…, – разочарованно протянул Павел. Он хотел бы поддержать старшего брата, но видел только серебристый кубик и не мог соврать даже, чтобы порадовать Клеона.
Клеон разочарованно взял кубик и поднес к глазам.
«Почему свет никто не видит кроме меня? – удивленно думал Клеон, поворачивая кубик разными сторонами. – П почему движение внутри пропало?».
Свечение пропало, Клеон держал в руках обычную серебристую игрушку, подаренную в супермаркете.
«Странно, – подумал Клеон. – Куда все исчезло?»
Возможно, в другой день Клеон не успокоился бы и стал размышлять, почему в обычной игрушке из супермаркета внутри происходит странное движение светящихся разноцветных линий и потом неожиданно пропадает. Однако в такой праздничный день он не мог долго грустить.
Клеон был обычным семилетним ребенком, он хотел вместе с семьей праздновать Рождество, есть имбирное печенье и смотреть веселые праздничные программы по телевизору. Он побежал наверх, положил кубик на тумбочку у кровати и спустился вниз к маме, папе и брату, выкинув из головы мысли о сверкающих линиях разноцветного света, исходящих из обычного кубика.
Глава 3. Anas Eneron
3. ANAS ENERON
Ночной кошмар
Однажды ночью Милана проснулась от дикого крика. Не понимая, что происходит, она кинулась наверх в детскую спальню. У раскрытого окна на втором этаже детской спальни стоял Клеон с неестественно выгнутой назад спиной и не двигаясь смотрел в темноту за окном.
«Вроде бы я точно закрывала окно», – удивленно подумала Милана, но не смогла сосредоточиться. В позе трехлетнего ребенка было такое, что Милана почувствовала леденящий холод, спускающийся вниз по спине.
В испуге она подбежала к Клеону и именно тогда впервые заметила необычное поведение Клеона перед темнотой, которое потом повторялось с пугающей точностью. Клеон не выглядел испуганным и не вел себя, как обычные дети, когда видят под кроватью или в шкафу «монстров». Клеон стоял у раскрытого окна, сильно выгнув спину назад. Застывшая поза для трехлетнего ребенка была неестественной, но пугало даже не это.
Когда Милана посмотрела на лицо Клеона, она зажала рот рукой, чтобы не закричать и еще больше не напугать ребенка.
Господи! Никогда в жизни она не видела ничего подобного.
Застекленевшим взглядом Клеон смотрел прямо перед собой в раскрытое окно. Поражали не столько широко распахнутые глаза трехлетнего ребенка, сколько невероятно расширенные зрачки, цвета чернее самой ночи.
«Вот как выглядит настоящий страх!», промелькнула у Миланы мысль.
У Клеона с самого рождения были кристально-серые, почти прозрачные глаза, с блестящими вкраплениями. Мельчайшие стальные точки вокруг зрачков образовывали диковинный узор, все взрослые умилялись, видя невероятно красивые глаза ребенка. Сейчас же зрачки Клеона расширились настолько, что полностью закрыли природный серый цвет. Черная пелена перекрыла не только радужку, но и белую оболочку, в результате вместо кристально-серых глаз трехлетнего ребенка в темноте поблескивали черные маслянистые полости.
Картина была ужасающей и Милана едва сдержала себя, чтобы не закричать. Полностью парализованный Клеон стоял с неестественно выгнутой назад спиной и застывшими черными глазами неотрывно смотрел в окно.
Милана встряхнулась и подбежала к ребенку.
– Клеон! – повторяла словно в трансе мама, – Клеон, что случилось?
Несколько минут, которые показалось вечностью, Клеон не шевелился.
– Что с тобой, Клеон? Очнись! – Милана в ужасе повторяла вопрос, почему-то боясь прикоснуться к собственному сыну.
Глубоко внутри кольнуло острым холодом:
«Вдруг ребенок никогда не очнется, не сможет выйти из ужасающей реальности, в которой неожиданно очутился?».
Милана сама не понимала, откуда возникают подобные мысли, состояние Клеона обволакивало сознание мрачной пеленой.
– Что же это такое? Клеон! Отойди от окна! – она и сама понимала, что повторяет бессвязные и бесполезные фразы, но ничего не могла сделать.
Неожиданно на небе ярко вспыхнула звезда, пролетела недалеко от раскрытого окна спальни и упала далеко за горизонтом. Испуганная Милана подсознательно отметила, что необычно яркая вспышка и слишком быстрое падение не характерно для звезды. Да и не было не небе ничего. Когда Милана испуганная забежала в комнату Клеона, боковым зрением она успела заметить, что небо было неестественно темным, словно затянутым черной пеленой.