Во дворе каждого дома ставились собранные из светящихся огоньков фигурки животных, и проходя по улице, можно было увидеть отливающих синим блеском оленей, переливающихся зелеными и красными огоньками зайчиков, оранжевых сияющих львов и другие фигурки.
Город не просто преображался. Невзрачный городок превращался в столицу магических снов. Вместе с украшениями, казалось, среди людей гуляли герои сказок и мистические персонажи.
На центральной площади устанавливалась огромная елка, на которую не жалели блестящих игрушек, сверкающего дождика и мерцающих гирлянд.
С разных сторон к сияющей разноцветными огнями елке вели аллеи красивых ледяных скульптур; в вечернем свете огни странным образом преломлялись в кристаллах льда, и создавалось ощущение, что вся площадь заполнена искрящимися цветными фигурами.
Клеон мог долго стоять между ледяными блоками и завороженно смотреть на мерцающее разноцветное великолепие. Разноплановые модели рождественского сюжета размером в человеческий рост, стоящие у входов в церкви и в общественные здания, усиливали ощущение нереальности происходящего. Все вокруг казалось удивительным и волшебным.
Однако главным событием небольшого городка был рождественский парад. К праздничному шествию готовились целый год, и в утро Рождества жители города выходили на главную улицу, ведущую к центральной площади. Все с удовольствием наблюдали, как мимо проходят колонны наряженных актеров, танцоров, жонглеров, клоунов и сказочных персонажей. Великолепное шествие сопровождалось праздничной музыкой, духовой оркестр шел вместе с колонной, музыканты несли духовые инструменты и играли прямо на ходу.
Клеон помнил первый рождественский парад, на котором был с мамой и младшим братом, Павлом. Завороженный он смотрел, как маршировали музыканты в красивых красно-белых одеждах, как в воздухе кувыркались акробаты в блестящих колпаках, как проплывали огромные надутые игрушки и украшенные рождественскими гирляндами платформы с танцорами.
Клеон с замиранием сердца ждал Рождества; ждал, когда они с мамой и Павлом пойдут за подарками; когда они начнут наряжать рождественскую елку, которая стояла в центре гостиной; когда мама достанет с чердака старую коробку с украшениями, на которой черным маркером написано «Игрушки», откроет потрепавшиеся края и все вокруг заполнится удивительным сияющим блеском. Клеону так нравилось смотреть на блестящие шарики, переливающиеся сосульки, светящиеся в темноте гирлянды и серебряный дождик.
Каждый раз он, затаив дыхание, наблюдал, как сверкают игрушки и как загадочными бликами в них отражается свет. В этом году Рождества Клеон ждал с нетерпением еще и потому, что папа обещал быть дома к вечернему ужину. Клеон сильно любил отца, хотя и редко видел его дома.
Мама говорила, что папа постоянно работает, чтобы обеспечить их всем необходимым, но Клеон как ни старался, не мог понять, почему папы нет рядом. Уезжая в очередную поездку, папа сказал им с Павлом, что обязательно приедет на Рождество и проведет праздник со своей семьей.
«У нас будет настоящий праздник! – восторженно думал Клеон, ворочаясь в кровати перед сном. – Мы украсим большую елку в гостиной и всей семьей сядем за праздничный рождественский стол».
Клеон не мог заснуть, планируя свой праздничный день. С утра мама обещала взять его и Павла с собой в супермаркет, когда пойдет за покупками. Мама сказала, что они смогут выбрать по одной игрушке и повесить вечером на праздничную елку. Потом они всей семьей пойдут смотреть Рождественский парад. Клеон долго ворочался в постели, представляя, какую игрушку он сможет выбрать, но так и заснул, ничего не придумав.
Наконец наступило праздничное утро. Клеон проснулся очень рано и стал будить младшего брата Павла.
– Павел, Павел, вставай! Сегодня Рождество! Мы идем в магазин за игрушками и на праздничный парад! – тормошил Клеон брата.
Сонный Павел сел на кровати, явно не желая так рано вставать.
– Павел, вставай! – не отступал Клеон. – Пойдем собираться!
Младший брат все еще сонными глазами посмотрел на Клеона, и нехотя стал выбираться из-под теплого одеяла. Павел очень любил своего старшего брата. Клеон всегда с удовольствием играл с братом, помогал убирать игрушки и сидел в темноте, когда Павел боялся засыпать один.
У Клеона даже была своя песня, которую он пел брату перед сном. Павел безоговорочно верил старшему брату. Он сел на кровати, посмотрел на Клеона и стал натягивать свои меховые тапочки с зайчиками, чтобы встать.