Первый сон
Клеон старался как мог, быть обычным мальчиком, он учился и проводил время с друзьями, только изменить собственный мозг ему было не под силу. Он все равно оставался в комнате один перед тем, как ложился спать, и мечущиеся мысли не давали покоя. Как ни старался Клеон скрыть тревогу от окружающих, мозг не останавливал работу ни на секунду; он постоянно переваривал собранную информацию, пытаясь найти ответы на множество вопросов. Они уже больше двух месяцев ходили в школу в третий класс, но Клеон хорошо помнил историю с пропавшими летом четырьмя детьми и не мог не думать об этом.
«Куда они пропали? – думал, лежа в кровати Клеон – Детей же так и не нашли. Как можно просто пропасть? Ведь вещи и еда остались в лодке, лодку никто не тронул. Куда же все четверо могли деться?».
В сознании возникало множество вопросов, на которые у девятилетнего ребенка не было ответов, но дело было не только в вопросах. Клеон никому в жизни не признался бы и даже самому себе, что он до смертного ужаса боялся озера. Страх Клеона не был напрямую связан с пропавшими детьми, и боялся он не потому, что родители строго-настрого запрещали детям даже приближаться к озеру. Клеон просто застывал от парализующего ужаса, когда слышал об озере, и когда они с друзьями и братом проходили мимо мрачных базальтовых скал, он изо всех сил старался не показать остальным, что ему безумно страшно. Казалось, что Клеон знал нечто такое об озере, чего никто другой знать не мог, и у ребенка были веские причины до ужаса бояться таинственного водоема.
Думал Клеон об этом часто, когда ложился спать, и в одну из таких ночей, в очередной раз наслушавшись днем невероятных историй об озере, он долго не мог заснуть. Он сам не знал, почему, но внутри ощущал страшный холод и необъяснимую тревогу. Клеон встал, открыл тумбочку и взял из верхнего ящика серебристый кубик, который молодой человек однажды подарил ему на Рождество. Клеон считал себя уже большим мальчиком, и ему стыдно было признаться, но он часто брал кубик, когда сильно боялся.
Очень глубоко в сознание врезались слова молодого человека с кристальными глазами, поблескивающими сталью:
«Возьми кубик, когда тебе будет очень грустно или страшно в этом мире».
Клеон так и делал, только никому об этом не рассказывал. Взял он кубик и в этот раз, потому что от мыслей об озере и о недавно пропавших детях сердце сжималось от страха. Прижав серебристую игрушку к груди, Клеон наконец заснул. Кубик в конечном итоге его и спас, потому что впервые после большого перерыва, после того как перед сном он произносил свое Обратное имя, Клеону приснился страшный сон, пугавший его до смертного ужаса с раннего детства.
Клеон был уже достаточно взрослым мальчиком и только поэтому мама в этот раз не проснулась от дикого крика. Клеон не закричал, когда оказался у раскрытого окна с широко распахнутыми глазами, а радужку и белочную оболочку глаз полностью перекрыла черная маслянистая пелена. Тот факт, что Клеон молчал, не означал, что ему не было страшно. Совсем наоборот.
Сковывающий ужас заполнил каждую клеточку его тела запредельным холодом, полностью парализовав. Спина Клеона неестественно выгнулась назад и казалось, что по позвоночнику медленно стекают ледяные капли всепоглощающего страха. Если бы в этот момент кто-то спросил, что происходит, Клеон не смог бы объяснить, как он встает и в бессознательном состоянии открывает окно. Он не смог бы объяснить, почему он так пристально всматривается в непроницаемую тьму. На самом деле он отдал бы что угодно, только чтобы не смотреть, но нечто намного более сильное держало тело девятилетнего ребенка у раскрытого окна, и застывшими черными глазами Клеон смотрел далеко за пределы своего дома.
Сон был очень похож на тот, который снился Клеону несколько лет, когда он был младше. На темном небе над городом вначале пропадали звезды и луна. Не просто пропадали, Клеон видел, как черная густая пелена медленно перекрывала небо. Как будто над городом кто-то натягивал гигантское непроницаемое одеяло и звезды гасли одна за другой. Очень быстро небо становилось неестественно черным и весь город оказывался под куполом чего-то нечеловеческого и ужасного.
Клеон не контролировал свое тело, потому что с удовольствием отошел бы от окна или хотя бы закрыл глаза. Но он не мог не то, чтобы пошевелиться, но даже моргнуть. Пытавшийся вырваться крик просто застрял в горле.