На квадратной белой площадке стояло огромное сооружение, стены которого простирались высоко вверх. Клеон подумал, что примерная высота здания была больше двадцати метров.
Стены в нескольких местах пересекались и перекручивались, образуя странные витиеватые узоры, и спиралью устремлялись вверх; формы узоров напоминали самые смелые работы абстракционистов, и сравнить здание с каким-либо земным объектом было невозможно. В самом вверху перекрученные разными спиралями стены сооружения сходились в одном месте, каким-то образом плавно закруглялись и образовывали ровный полукруг, формируя купол. Только вблизи Клеон понял, что стены здания не плотные.
Все сооружение состояло из тонкого, прозрачного, но по виду очень прочного кристалла. Кристалл был светло-голубым, но переливался разноцветными оттенками, постоянно меняя цвет. Клеон попытался рассмотреть, каким образом спиралевидные десятиметровые основания скрепляются с белой площадкой, но не увидел вообще никаких соединений. Казалось, что и площадка, и купол здания были цельными.
«Такого просто не может быть» – подумал Клеон.
Все в этом странном Городе нарушало известные Клеону законы природы. Он осторожно шел дальше по дороге, пытаясь рассмотреть окружающие здания. Большинство сооружений имели одинаковую конструкцию и состояли из перекручивающиеся спиралевидных оснований, прозрачного купола, переливающегося внутри блеском десятков ярких всполохов, и площадки из жемчужного доломита. Отличались только формы витиеватых узоров и размеры: некоторые здания были очень высокими, некоторые пониже.
Клеон предположил, что сооружения представляли собой жилые помещения, только обитателей этого необычного города он так и не встретил. Между кристальными, поблескивающими жемчужным светом, зданиями росло множество не менее удивительных растений. Клеон даже не удивился, когда увидел темно-синие кусты с квадратными листьями и огромные фиолетовые деревья в форме перевернутых конусов, которые в своем обычном мире он видел только в странных видениях «инородных объектов», о которых никому не говорил. Кроме знакомых Клеону кустов и деревьев на сыпучей голубой поверхности росло еще несколько десятков невероятных растений.
Однако каким-то внутренним чутьем он понял, что растения медленно отмирают, все вокруг было диковинным, но пустым.
Подсознательно Клеон ожидал, что увидит и странных птиц, и животных, которых видел иногда в своем обычном мире, однако в городе не было ни одного живого существа. Несмотря на всю красоту, город был абсолютно пустой. Он заметил, что кроме спиралевидных кристальных зданий с жемчужными куполами на белых доломитовых площадках в городе было множество других еще более странных сооружений, назначение которых он не мог определить.
Вдалеке с четырех сторон на границе города в небо взметались невероятно высокие белые столбы, назначение которых он, конечно, не мог понять. Между столбами на огромной высоте город пересекали многокилометровые кристальные соединения, несколько десятков метров в диаметре, полые внутри и отдаленно напоминающие закрытые мосты, сделанные из неизвестного прозрачного материала. Гигантские конструкции были настолько мощными, что Клеон не мог понять, как все это держится воздухе на такой высоте.
Между кристальными зданиями с жемчужными куполами можно было увидеть вытянутые кубические конструкции разного размера и множество сооружений в форме усеченных призм, неправильных цилиндров, частичных параллелепипедов, скошенных ромбов, непропорциональных октаэдров и других фигур, которых Клеон даже не мог назвать.
Поражало не только разнообразие геометрических форм, которых по ощущениям было несколько десятков; поражало отсутствие даже намека на земную геометрию – все формы были совершенно другими.
Все конструкции были сделаны из поблескивающего белого материала, который казался невероятно прочным. Клеон понимал, что материал, из которого сделаны площадки кристальных зданий в виде неизвестных геометрических фигур с жемчужными куполами только очень отдаленно напоминает доломит, материал был блестящим и переливался перламутровым оттенком. Ближайшая ассоциация, возникшая в детском сознании, была «жемчужный доломит», хотя Клеон понимал, что скорее всего у материала было свое, неземное, название. Предположить назначение десятков зданий неправильных цилиндрических, ромбовидных, кубических и еще более сложных неизвестных геометрических форм, Клеон не мог.