Длинный ровный коридор.
Белые одинаковые прямоугольные двери на равном расстоянии друг от друга. На каждой двери определенный номер.
Клеон невольно застыл, не замечая, как сильно у него стучало сердце; он весь покрылся потом. Виски сдавливало невидимым обручем. Он медленно пошел по коридору, чувствуя, как с каждым разом ноги наливаются тяжестью.
Неожиданно из белой двери в коридор вышел невысокий старик. Клеон невольно поежился, когда заметил, что старик пронзительно смотрит на него неестественно черными глазами.
– Заблудился? – неожиданно приветливо сказал старик.
– Да нет – сказал Клеон медленно, – я просто вышел погулять.
– Просто все такое… - смущенно продолжил Клеон.
– Какое? – спросил старик.
– Одинаковое! – выдохнул Клеон. – Бесконечный коридор, одинаковые двери, одинаковые номера.
– И почему тебя это пугает? – спросил старик, пристально посмотрев прямо в глаза Клеону.
– Не знаю – пробормотал Клеон, потому что на самом деле не мог объяснить, чем его так напрягает обычный больничный коридор.
– Двери совершенно одинаковые… - запинаясь попытался объяснить Клеон – еще на всех дверях прикреплены номера…
– Правильно! – неожиданно резко сказал старик. – Это означает Порядок! Все четко организовано и каждую палату можно сразу найти по нужному номеру.
– Как-то душно очень здесь – сказал Клеон, отшатнувшись от такой реакции старика и полностью вспотев.
– Я вам так скажу, молодой человек – повысил голос старик и схватив Клеона за руку. – Порядок – это всегда хорошо! Все в мире должно быть четко систематизировано, чтобы можно было легко контролировать.
– А зачем все контролировать? – неожиданно даже для самого себя резко выкрикнул Клеон.
Глаза старика стали совсем черными, Клеону показалось, что радужка глаз пропала совсем, на него смотрели два черных овала, поблескивающих под светом больничных ламп. Старик еще сильнее сжал руку Клеона.
– Вот из-за того, что некоторые не понимают, насколько важен Контроль, Порядок и нарушается! Почему нельзя просто понять, что Контроль существует для общего блага? – голос старика стал очень низким, и Клеону показалось, что последние слова старик произнес с шипением.
Клеон почему-то сильно испугался, глядя в глубокие черные глаза старика, как будто увидел что-то такое, что уже видел раньше. Он выдернул руку и почти побежал по коридору. Боковым зрением он видел, как мелькали одинаковые белые двери с одинаковыми номерами. Клеон, задыхаясь добежал до конца коридора и снова толкнул дверь на лестницу, теша себя слабой надеждой, что на следующем этаже все будет по-другому и кошмар прекратится. Он взбежал по лестнице, толкнул дверь и обессиленный остановился.
Длинный ровный коридор.
Белые одинаковые прямоугольные двери на равном расстоянии друг от друга. На каждой двери определенный номер.
У Клеона сильно сдавило голову, он ощущал бешенный ритм собственного сердца. Виски как будто кто-то сверлил невидимой дрелью. Клеон сжал голову и нагнулся, пытаясь унять боль. Он не мог видеть, как сильно побледнел и весь покрылся испариной. Непроизвольно он продолжал брести по коридору.
В воспаленном сознании все коридоры, пронумерованные двери и лестничные пролеты слились в одну большую конструкцию.
«Лабиринт – проскользнула мысль в слабеющем сознании – это ужасно напоминает Лабиринт с одинаковыми дорогами и поворотами».
Боль стала такой сильной, что Клеон согнулся пополам. В глазах все расплывалось, Клеон пытался вздохнуть и не мог, что-то сильно сдавило горло. Он не мог этого видеть из коридора, но на улице резко потемнело, не так как обычным зимним вечером. Небо как будто перекрыло невидимой черной пеленой, и тьма опускалась все ниже. Над больницей темнота еще сильнее сгущалась, образуя вязкое пятно, как будто из черной маслянистой жидкости.
Клеон опустил левую руку на пол и стал почти на четвереньки, пытаясь вздохнуть. Сквозь пульсирующую боль и застилающую глаза пелену Клеон вдруг увидел прямо перед собой странные ноги. Только гораздо позже Клеон понял, что его так поразило в том момент. Ноги были босые, хотя на улице была зима, и он не понимал, как можно зимой ходить босиком.
Превозмогая стучащую в висках боль, Клеон поднял голову. Перед ним стоял молодой человек в поблескивающей серой одежде. Клеон мельком подумал, что одежда поблескивает потому, что отражает свет больничных ламп на потолке. Клеон выпрямился и с удивлением осознал, что знает этого человека.
– Я знаю Вас! – радостно закричал Клеон. – Вы подарили мне такой красивый серебристый кубик на Рождество. Я так и не успел Вас поблагодарить.