Когда приехал к себе на хату, меня попросту сложило пополам и уткнувшись рожей в пол я вопил как безумный. За что?! Почему Карина, как ты оказалась на это способна?!Как ты оказалась такой мразотой!? Неужели ты все это время действительно любила Рому, а для меня просто готовился план как избавиться и при этом уничтожить будто чмошника, да так, чтобы неповадно было, так чтобы на всю жизнь запомнил! Я размазывал по харе слезы-сопли понимая что есть вещи в жизни к которым я совершенно не готов, которые я сука не вывожу. Жизнь вокруг ощущалась как большая необъятная херь, а я сам опять десятилетний сопляк Егорка. Единственное что я сейчас хотел больше всего на свете это утолить эту сумасшедшую боль, вырвать сердце и душу к чертям и скормить их дворовым псам. Хотелось убиться и забыться, чтобы физическое «хреново» преобладало над моральным. Вспоминая что у меня был подгон дури от друзей нашел свёрток в трюмо забивая пятку. В баре достал первый же попавшийся коньяк начав глушить его с горла. Горячительное пойло обволакивало все мои внутренности, но легче не становилось, а наоборот хотелось выть на луну. Напас шмали, залп коньяка…Напас шмали залп коньяка, хорошая игра, чтобы потеряться и угондониться окончательно. Мне нужно убиться, до чёртиков, до ублюдочной белки, чтобы физически подыхать и никак иначе. Только тогда я смогу отвлечься от Янчевской, забыть ее глаза, губы, волосы, только так. Приход долго не заставил себя ждать, прибило с моментальной силой и скоростью, дурь вперемешку с алкашкой сделали свое дело, и меня уже несло не по-детски. В какой то момент мне казалось что я Вакула из гоголевского «Вия»- который читал молитвы над мертвой панночкой, а вокруг черти и всякая нечисть тянули ко мне свои грязные и липкие конечности. Сознание плыло, все кружилось вокруг словно я на центрифуге, но мало, все мало мне кринжа, и окончательно теряя контроль упорото повторял процедуру «шмаль- коньяк». Хорошая дурь, отборная. Смысловые галлюцинации вокруг казались такими реальными как никогда. Янчевская в образе той самой пресловутой панночки подвисла в воздухе разбивая пространство жутким злорадным смехом. Сука…Прищуриваясь присматривался, все настолько живо и реально словно это и вправду она. Это она!
— Карина, Кариночка, девочка моя… — Тянул к ней руки пытаясь прикоснуться к телу, но на самом деле ловил только воздух сгребая в охапку пространство. Меня кидало и носило по всей комнате. Облокотившись на стену перед большим зеркалом пялился в свое отражение видя её, бля…. Я везде видел её, даже с зеркала на меня она смотрела. Хороший план, забористый.
— Долбанная ведьма, Тварь! Сгинь, сгинь сука! — Мажу кулаком в зеркало с рыком выплёвывая проклятия, стекло разлетелось на сотни осколков вонзаясь мне в плоть и полосуя кожу в десятки алых кровоподтёков. Ошалело смотрел на руку абсолютно не хрена не чувствуя. Здравый смысл как и нервные окончания полностью атрофировались. Комната вращалась вокруг с бешеной скоростью, а Она, Она была везде…Вон сидит на диване и манит пальцем загадочно улыбаясь, вон стоит у двери и с ужасом смотрит на мою руку. ЗД глюки от Янчевской заказывали? По ходу с алкоголем и гашем я здорово дал борща. Нужно вызывать санитаров, может тогда она мне чудится перестанет.
— Пошла от сюда мразь! Хватит Мара, сгинь блядский мираж! Вон с моей головы! — Ржал выплёвывая своей химере в лицо. В ответ мой персональный кошмар видимо еще не достаточно хорошо настоялся, потому что голос Янчевской я не слышал, просто какой-то несуразный лепет, да и она сама была как облако. Понимал что схожу сума, понимал что дела мои хреновые на максимум, и я уже одной ногой в пропасти или в дурке. Какой-то неведомый инстинкт самосохранения взял верх и я что есть силы схватил чертов фантом за бары пытаясь с ним бороться:
— Я ненавижу тебя, как же я тебя блядь ненавижу! — хрипел выталкивая облако с квартиры. — Вон пошла! Убью нахрен! Уничтожу! — Захлопывая дверь за примарой в бреду заматывал распанаханную руку какой-то тряпкой и меня окончательно прибило…
Глава 42
Со мной воюет Сатана.
— Если проснётся и опять начнёт бушевать, дашь ей три кубика Седуксена, пусть дальше спит.
Словно в бреду потустороннего мира слышала голоса над своей постелью. Две женщины в белых халатах активно совещались, стоя надо мной. Еще несколько минут, и эти голоса утихли, а шаги удалились вглубь больничного коридора, и я поняла, что в палате снова осталась одна. Чувствовала себя катастрофически ужасно, и это ещё мягко сказано. Жуткая головная боль и слабость во всем теле. Теперь сомнений не оставалось — меня здесь держали силой и чем-то обкалывали, и если я сейчас устрою скандал или истерику, то данный процесс, несомненно, повторится. Господи, что это за люди, и люди ли они вообще? Что происходит?! Это просто страшный сон, а я все не могу никак проснуться!