Мы полночи репетировали в гостиной у Линхо, и получалось неплохо, но вот сейчас, когда дошло до дела, уверенность растеряли абсолютно все. Меня самого накрыла волна липкой паники – тут много народу, и нас пока не узнали, но это ненадолго. Я включил микрофон и обреченно произнес в него:
– Дамы и господа, для вас выступает группа «Тэянг».
И мы запели. Микрофонов на всех мы не нашли, поэтому Пак с Джо разделили один, а второй взяли мы с Линхо, как основные вокалисты. Я задыхался от страха, но голос, подарок Лиса, был чистейшим, звонким и до ужаса совершенным. Слушать его было – как пить лимонад в жаркий день, и на смену страху пришел азарт, особенно когда я увидел, с какими лицами оглядываются на нас люди.
– Это «Тэянг»!! – заорал кто-то в толпе, и Линхо от страха аж мимо ноты промахнулся.
Вчера он больше всех переживал, что фанаты разорвут нас на сувениры, как только мы откроем рот.
– Мы… то есть, они же не дикари, – сказал я. – Они хотят послушать, как ты поешь, а не повесить твою голову на стену.
– Уверен, от такого трофея они бы тоже не отказались, – проворчал Линхо.
И вот сейчас он смотрел на сужающееся вокруг кольцо людей в такой искренней панике, что я приобнял его за плечо и встряхнул. Мы пели в один микрофон, и я повернулся к нему, стараясь излучать уверенность. Пак уверял, что я бесстрашный аллигатор, и настало время реально им стать.
Толпа вокруг сходилась все плотнее, щелкали камеры телефонов, но мы продолжали петь. На месте зрителей, вот так неожиданно увидев известную группу, я тоже был бы счастлив, в шоке и, возможно, вел бы себя странно. Некоторые плакали, другие просто замерли так, будто в них ударила молния.
За нашими с Линхо спинами дела обстояли вроде бы неплохо: Пак подыгрывал нам на синтезаторе и пел – как всегда, негромко, поддерживая нас вторым голосом. В маске у него и рот-то с трудом открывался, так что я оценил его усилия. Джо бодро подпевал, мы все кое-как преодолели страх: я слышал огрехи в нашем исполнении, но это определенно было выступление в стиле тех «Тэянг», которых я когда-то полюбил за вдохновение и душевность.
Для первого выступления мы выбрали «Бегу за тобой», самую веселую песню из репертуара, чтобы поднять всем настроение, и постепенно сами под нее развеселились. Под конец песни Джо вступил со своим рэп-фрагментом – не таким, какой обычно был в этой песне, а одним из вариантов, которые он хранил в своих закромах. Стоило признать, что официальный, вылизанный вариант был лучше, но этот он зачитал так зажигательно, что я улыбнулся. Линхо под конец даже исполнил танцевальное соло под счастливые женские крики в толпе. Закончив, мы поклонились публике – по моему настоянию, как можно ниже и формальнее, чтобы показать уважение.
– Мы благодарим вас за внимание! С вами была группа «Тэянг»! – крикнул я, и мы пошли к машине, которую оставили на ближайшей улице.
И вот тут я понял, отчего парни боялись выступать на улице без охраны: на нас бросились со всех сторон, просили автографы и фото, теснили и толкали. Я решил воспользоваться завораживающей силой голоса на всю катушку.
– Друзья, давайте все вместе вдохнем и выдохнем, – мягко произнес я в микрофон. – Прошу, не напирайте, а то Пак синтезатор уронит. Сегодня мы не даем автографы, а то не успеем во все места, куда надо попасть! Мы вас любим!
Мне-то автографов было не жалко, но по глазам Пака я видел: он до смерти боится, что в давке с него стащат маску. Кое-как мы добрались до машины, стараясь всем подарить хотя бы улыбку, забросили синтезатор в багажник и влезли в салон. Люди, не отставая от нас ни на шаг, смеялись и плакали, махали нам, а несколько человек даже поцеловали машину Пака.
Пак рванул с места, и пару минут мы молчали. Несколько машин с фанатами нас преследовали, чтобы узнать, куда мы отправимся дальше. Я чувствовал себя как в фильме.
– Я и забыл чувство, когда меня так обожают. И не в интернете, а прямо в лицо! – воскликнул Линхо. – Жутко и классно, я будто в джунглях Камбоджи выжил!
– После всего этого мне потребуется самая острая курица, какая существует в природе, – сказал Пак, наконец сорвав маску. – Ладно, куда дальше?
За остаток дня мы объехали еще девять людных туристических мест: дворцы Кёнхигун и Токсугун, выступили около Юксам-билдинг, на мосту «Фонтан радуги» и даже перед Музеем современного искусства. Обычно мы успевали скрыться до того, как заметит охрана или полиция, но в те разы, когда к нам все же подходили со словами, что выступать здесь нельзя, я заметил, что стражи порядка сначала дожидались, когда мы закончим песню. Им тоже нравилось нас слушать. Мы им кланялись – я велел своим быть очень вежливыми со всеми, кого мы встретим, – и скрывались. В паре мест фанаты нас все-таки чуть не затоптали, но закончилось все хорошо, только Джо лишился кепки, а Линхо – куска футболки, за которую особенно крепко схватилась фанатка.