— Это очищение тела и души, — сказал Пласид, обращаясь к девушке. Луна кивнула, чувствуя, как вода стекает по ее коже, оставляя холодок и травянистый запах.
После очищения Пласид взял чашу из рук Луны и передал ее ближайшему вудуисту, затем протянул руку в сторону алтаря, предлагая Луне выбрать одну из лежавших там кукол. Луна молча шагнула вперед и, не отдавая себе отчет, выбрала одну из них. Она указала на нее, и Пласид взял куклу, окропил ее каплями крови и спирта, макнув пальцы в две первые чаши, протянутые ему, затем поднес куклу к свече, и та вспыхнула, вызвав восторженные вздохи среди вудуистов. Луна наблюдала, как завороженная, словно в полусне. Куклу охватило пламя, но Пласид тут же опустил ее в третью чашу, туша в ритуальной воде.
— Кукла символизирует твою связь с миром духов, и этот акт закрепляет эту связь, — сказал Пласид торжественно.
К звукам ритмичных ударов барабанов присоединилась неясная, пропадающая мелодия, рождаемая другими музыкальными инструментами. Начинался танец. Все участники церемонии постепенно стали двигаться в едином ритме, исполняя традиционные движения, которых Луна не знала. Они снова расступились, оставляя ее в круге одну.
— Ты должна привлечь внимание духов и показать свою преданность, — приказал Пласид. Он не объяснил, но Луна поняла, что тоже должна танцевать.
В движениях вудуистов вокруг не было четкой схемы, синхронности. Это было похоже на припадки или конвульсии, так что бояться, что ее обвинят в отсутствии таланта, не приходилось. Луна была заворожена и приведена в тупик всем этим ритуалом, как будто была под воздействием чего-то. Так что начать двигаться ей не составило труда. Мозг все больше отключался, и наконец, остался только круг и тело, которое двигалось. Её движения становились все более страстными и решительными, с каждым ударом барабанов она чувствовала, как все больше отдаляется от реальности, отпуская свои тревоги и заботы. И вдруг барабаны стихли. Луна остановилась, открывая глаза и фокусируя зрение на Пласиде. Он протягивал ей ритуальный нож. Почему-то объяснять, что делать в этот раз, он не стал. Но Луна и так его поняла. Она взяла нож и, собрав в кулак волю, медленно сделала небольшой надрез на своей ладони, шипя от боли. Пласид подхватил ее под руку, обнял за плечи и подвел к алтарю, подставляя рассеченную ладонь в нужное место. Кровь стекала на алтарь и на выбранную ею куклу вуду.
— Это символизирует твое полное принятие и преданность духам вуду, — сказал Пласид тихо где-то над плечом Луны, пока она завороженно смотрела на падающие капли.
По толпе прокатился восторженный шорох. Пласид отпустил Луну и, когда она отступила назад в круг, он произнес завершающую молитву, благодаря духов за их присутствие и прося их благословить нового вудуиста.
21
Луна проснулась от входящего звонка. Это была Мисти. Сев в постели, Морено прочистила горло и ответила на звонок.
— Лу-у-уна, привет! — привычно протянула подруга.
— Привет, Мисти, как дела? — Луна испытала прилив чувства вины из-за того, что после офренды ни разу не позвонила ей сама.
— Нормально, — задумчиво протянула Мисти и, помедлив, добавила. — Вообще, я том же самое хотела спросит у тебя. Ты как?
— В порядке, — подумав, ответила Морено, понимая, что это не просто дежурный вопрос.
— Мне тут просто Ви позвонил… — она хотела продолжить, но Луна, вскочив с кровати, перебила ее.
— Ви? Когда?
— Да вот, пару минут назад, — совсем уж растерялась Мисти. — Он думал, ты у меня ночевала. Очень… растерялся, когда я сказала, что нет. Вы поругались?
Луна нервно теребила кончик одной из кос. Значит, Ви приехал в мегабашню ночью? Не нашел ее там, решил, что ночевала у Мисти. Пока действует предсказуемо, ищет в очевидных местах… Может быть, у Вика и в «Койоте» скоро объявится.