— Почему ты ведешь себя так, словно я говорю что-то странное или неожиданное? — снова начиная злиться, она раздраженно откинула за спину заплетенные в множество тонких кос волосы.
— Потому что так и есть, Луна, — как нечто очевидно, проговорил мужчина и развел руками.
— Я тебя не привлекаю, не устраиваю, раздражаю и задеваю любым, блять, своим жестом. Зачем нам продолжать это все? Тебе нравится страдать или злиться? Мне нет.
— Знаешь, вообще-то все вот эти разборки — твоя инициатива. Ты вечно чем-то недовольна, Лу.
— Что?! — она почти залезла в эту петлю, но вовремя отмахнулась. — Насрать, пусть так. Не хочу больше утруждать тебя, давай закончим это?
— После всего, через что мы прошли? Ты просто хочешь все бросить?
— Какая разница, что мы прошли, боже! Я просто не хочу продолжать, вот и все.
— Так и скажи, что ты нашла кого-то, Луна. Или ты наконец поняла, что любишь Джеки? — даже не до конца понятно было, шутил он или реально так думал.
— Ебать, конечно, я люблю Джеки, он мне как брат! — оскорбленно рыкнула Луна в ответ.
— Ага, ну да, — ехидно усмехнулся Ви. Затем, после паузы, добавил: — Ты правда хочешь, чтобы мы расстались?
Вот он, момент истины, который всегда наступает в травмирующих отношениях: тебе стоит только набраться смелости и ответить честно, но тогда ведь и ответственность как будто на тебе, верно? Луна ответила уклончиво.
— Я просто не хочу больше ссориться.
— Так давай не будем, — буквально с облегчением предложил Ви. Вот так просто у него все было устроено.
Сидя на берегу и глядя на Тихий океан, Луна не смогла бы сейчас ответить, из-за чего тогда или в любой другой подобный раз они поругались. Или как потом так вышло, что они помирились, и их отношения продолжились. Но они снова ругались, и нельзя было с уверенностью сказать, есть ли что-то, что могло бы это исправить. Луна просто убеждала себя, что это от усталости, что она много работает, и у них вечно не хватает на что-то денег. Что Ви бесится из-за этого, из-за любых ее успехов, из-за аренды хорошего места в Пасифике, из-за хорошей тачки, которую она купила, из-за того, как она любит свое дело и постоянно задерживается из-за этого на работе. Как будто нужно просто немного потерпеть, дождаться хорошего заказа, справедливой оплаты за него, и тогда Ви успокоится, расслабится, подобреет и снова будет тем легким на подъем, инициативным заводным парнем, который покорил ее и Маму Уэллс.
Пора было заканчивать с кибердекой, так что, запустив напоследок пальцы в песок, Луна встала и направилась обратно в мастерскую. Перед самым закрытием за заказом пришли. Это был крупный темнокожий мужчина, креолец, Вудуист. Сканер показал Луне, что его зовут Пласид.
— Привет, незнакомец, — не желая подыгрывать его напускной важности, Луна махнула пальцами с зажатой в них сигаретой. Она закончила собирать кибердеку уже минут сорок, как и скучала, потому что посетителей сегодня было немного.
Пласид постарался скрыть растерянность, которую у него вызвало столь фамильярное поведение. Он бегло просканировал мастерскую и увидел на рабочем столе рядом с Луной нужный имплант. Медленно пересек разделяющую их площадь и остановился, так как его с кибердекой разделяли закинутые на стол ноги Луны.
— Пласид, — сказал он нехотя, как бы соглашаясь, что можно было бы и представиться сразу.
— Знаю, — улыбнулась Морено, выпуская дым в его сторону. Вудуист не шелохнулся.
— Тебя бы звали Lalin, — сказал он медленно и одарил ее каким-то долгим нечитаемым взглядом. Все его реплики снова были бедно окрашены интонациями, так что Луна не совсем поняла и нахмурилась. — Твое имя. Оно значит лунá nan lang Panyòl. По-креольски было бы Лалин.
— Я запомню, — не зная, как еще реагировать, кивнула Луна и скинула ноги со стола. — Твоя кибердека. Нужно что-то объяснить или показать?
— Pa bezwen, — ответил Пласид и взял имплант, опуская его куда-то во внутренний карман своего плаща. — Перевод поступит в течение часа.
Последовала пауза, в которую Вудуист, видимо ждал возражений. Но Луна уже работала с ними, до сих пор они ее не подводили, поэтому она молчала. Долгий взгляд, такой же нечитаемый, как и его интонации. Морено уже хотела что-нибудь пошутить, но тут пискнула входная дверь, и на пороге показался Ви. Заметив, что Луна не одна, он застыл на пороге.
— Tout pi bon an, Lalin, — прогудел Пласид и направился в сторону выхода.
Дверь за ним закрылась, а Ви все еще стоял в полумраке у входа и не торопился проходить.
— Как он тебя назвал? — прозвучало за спиной у Луны, которая потянулась к пепельнице, чтобы затушить окурок.
— Лалин. Лунá по-креольски.