— Так что, эльф, насчёт «неплохого экземпляра» — ты точно уверена, что хочешь так скромничать?
Я готова была провалиться под землю, раствориться в воздухе, исчезнуть, лишь бы избежать этого взгляда, этой улыбки, этих воспоминаний, которые он так нагло вытаскивал наружу. Но вместо этого стояла неподвижно, кусала губу и чувствовала, как меня захлёстывает волна жара, расползающаяся по всему телу, распаляющая кровь и превращающая мой стыд в желание.
Я заставила себя выпрямиться, хотя внутри всё дрожало и хотелось спрятаться под пол, и подняла подбородок чуть выше, будто собираясь вступить в новый раунд. Нет уж, тролль, я не дам тебе топтать меня словами, не позволю загонять меня в угол. Я ведь раньше всегда умела — одной фразой, одним взглядом, одним намёком — смутить любого мужчину, даже самого самоуверенного, и они сбивались, краснели, задыхались, а я чувствовала своё превосходство. Почему же с ним всё иначе? Почему я краснею от его ухмылки, от его слов, от его воспоминаний?
— Уверена, — выдохнула я, пытаясь придать голосу сталь и одновременно тянув паузу, чтобы восстановить контроль. Я медленно провела взглядом вниз по его телу, намеренно задерживаясь на каждом сантиметре кожи, на рельефе мышц груди и живота, на красных отметинах, которые оставили мои пальцы и зубы, на маленьких засос. — Но вот ты, похоже, очень любишь хвастаться. Может, потому что боишься, что в следующий раз я не буду так громко стонать?
Я улыбнулась, стараясь изобразить ту самую холодную дерзость, которая всегда была моим щитом и моим оружием.
Таня прыснула громче, Максим чуть приподнял брови — кажется, они не ожидали от меня подобного. И я почти поверила, что выиграла хоть крошечный кусочек этого поединка, но стоило мне снова встретиться с его глазами, как всё рухнуло.
Даниил даже не смутился. Ни капли. Его губы изогнулись в ещё более хищной ухмылке, и в его взгляде появилась искра, от которой у меня пробежал холодок по спине. Он не выглядел уязвлённым, наоборот — будто я только подлила масла в огонь.
— Не будешь стонать? — его голос был низким, лениво-растягивающим каждое слово. — Ну, эльф, это мы ещё проверим. Я-то знаю, как заставить тебя кричать так, что все будут завидовать. Ты ведь сама вчера не могла остановиться. Даже просила: «ещё, ещё, пожалуйста». Забыла?
Мои щёки загорелись ещё ярче, чем прежде. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле, и я лишь беспомощно сглотнула. Он подался ближе, и я ощутила на своей коже его дыхание, горячее, обжигающее, и поняла — я проиграла этот раунд. Потому что, как бы я ни старалась, смутить его невозможно. Все мои приёмы, все мои слова разбивались о его наглую уверенность, а внутри меня, вместо холодной победной дерзости, снова поднималась сладкая дрожь желания.
— Видишь, — тихо шепнул он так, чтобы слышала только я, но от чего у меня в животе всё сжалось, — смущать меня не получится. Зато я умею это делать с тобой.
Я уже почти сдалась — щеки горели, сердце билось как сумасшедшее, а этот рыжий тролль стоял рядом и ухмылялся так, будто окончательно победил. Но я ведь не из тех, кто сдаётся без боя. И пусть смутить его словами у меня не вышло, но у меня оставался ещё один способ. Женский, тонкий, ядовито-сладкий.
Я резко расправила плечи, улыбнулась Таньке и повернулась к Максиму, словно Даниила рядом вовсе не существовало.
— А ты, Максим, — протянула я нарочито лёгким, даже чуть певучим голосом, — как вообще терпишь такого друга? Столько наглости в одном человеке!
Максим, ещё сонный, с растрёпанными волосами и доброй улыбкой, моргнул, а потом, словно уловив мой тон, прищурился и с удовольствием подыграл:
— Терплю? Таких вообще сложно терпеть. Но, знаешь, Рина, ты справляешься лучше всех. Может, только тебе и под силу обуздать этого рыжего демона.
Таня прыснула, прикрывая рот рукой, и уже откровенно смеялась, её глаза сверкали от веселья.
— Ох, Максик, — сказала она сквозь смех, — аккуратнее, а то Рина ещё у нас ночевать начнёт, если брат её достанет.
Я громко рассмеялась вместе с ней, хотя сердце всё ещё колотилось, и положила ладонь на плечо Максима, слегка наклонившись к нему, будто в доверительном жесте. Это было всего лишь лёгкое движение, но я видела, как рядом с нами напрягся Даниил.
Я специально задержала руку чуть дольше, чем стоило бы, и с самым невинным выражением лица произнесла:
— Ну, если что, я подумаю над этим вариантом. Максим, ты ведь человек надёжный, спокойный, с тобой рядом женщина чувствовала бы себя… в безопасности.
Максим усмехнулся, явно забавляясь игрой, а Танька уже откровенно разразилась смехом, хлопнув мужа по груди: