Я сел на край кровати, сцепил пальцы и глубоко вдохнул, пытаясь собрать воедино всё, что накопилось в голове за последние дни.
— Сначала я хочу наблюдать за ней неделю, — начал я, — посмотреть, какая она вне стен университета, увидеть её настоящую — привычки, жесты, то, что она не прячет от посторонних.
Влад улыбнулся, и в его глазах мелькнул отблеск понимания.
— Можем, как тогда, посидеть у меня. Хотя, после того случая, она точно мне уши надерёт, — он засмеялся, — но она нормально относится к Егору, так что думаю, и к тебе привыкнет.
Я сам чуть улыбнулся, представляя, как Октябрина, упрямая и дерзкая, всё равно терпит Влада и его друзей. Но меня беспокоило одно — что я не смогу себя сдержать.
— Главное — не спалиться, — усмехнулся я. — Я тогда чуть не сорвался, думал, вцеплюсь в её наглые губы.
— Если что, — прищурился Влад, — я тебя стукну. Но это отличный вариант: если в университете она тебя избегает, дома она уже не сможет убежать.
Я кивнул, ощущая, как начинает крепнуть мой план.
— После этого, — продолжил я, — мне нужно следить за каждым её шагом, видеть, с кем она общается, где гуляет, где зависает.
Влад кивнул, в его взгляде читалась серьёзность и готовность помочь.
— Ну, я тоже буду за ней присматривать, — пообещал он, — если что — дам знать. А что дальше?
— Дальше, через неделю, я попробую сделать так, чтобы она запомнила меня, — сказал я, и в голосе проскользнул вызов. — Потому что она мне кажется до сих пор не запомнила моё имя.
Влад развёл руками, словно не веря.
— Кошмар, — удивился он. — Слушай, а если ты сегодня к нам на ночёвку придёшь?
Я задержал взгляд на его лице — смешанное удивление и неприкрытая надежда мелькнули в его глазах. Внутри всё рвалось наружу: страх, сомнение, азарт. Но ответ был очевиден.
— Хорошо, — сказал я, вставая с кровати, — давай попробуем.
Я сполз в душ, позволяя горячей воде смыть с себя тяжесть и усталость бесконечного дня, словно отмываясь не только физически, но и от тяжести мыслей, что вязли комом в голове. Пока струи воды разбивали тишину, я прокручивал в голове предстоящую ночь — ночёвку у Влада. В голове мелькали разные сценарии: Рина, как обычно, будет меня игнорировать, или, может, я смогу хоть немного вывести её на эмоции, хоть каплю показать себя с другой стороны, которую она еще не видела. Но сомнения не давали покоя — как вообще ботанику, как я, пробиться через эту стену равнодушия, через эту её холодную корону университета?
Выйдя из душа, я быстро нашарил свои самые дешманские вещи — потёртый серый свитер с тонкими нитями на локтях, простые, чуть растянутые брюки. Влад увлечённо что-то читал в моей энциклопедии, не отрываясь от страниц. Я нацепил цветные линзы — снова карие глаза, чтобы не выделяться своим обычным изумрудным оттенком. Очки аккуратно сели на нос, и я пригладил волосы, пытаясь придать хоть какой-то аккуратный вид своей неуклюжей натуре.
— Ну, вроде всё, — произнёс я тихо, почти себе под нос.
Влад оторвал взгляд от книги и с усмешкой произнёс:
— Ботаником ты мне нравишься больше.
Он встал, и его расслабленная, но уверенная походка казалась полной контраста моему внутреннему смятению. Я взял телефон, на всякий случай сунул пачку сигарет в карман, и накинул пару вещей в рюкзак — не хотелось оказаться неподготовленным.
Мы спустились вниз. Мама, как обычно, была погружена в работу — сидела за столом, рисуя эскизы платьев, её взгляд сосредоточенный, руки точными движениями создавали очередной шедевр. Отец стоял рядом, поддерживал и подбадривал её, хотя и выглядел усталым, словно держал в себе целый мир.
— Ма, па, я сегодня ночую у Влада, — тихо сообщил я, выходя в прихожую.
Родители даже не обратили внимания, продолжая свои дела. Я взял куртки у дворецкого, быстро надел свои старенькие кеды..
— Пока, — бросил я дворецкому, который кивнул в ответ.
Мы вышли на улицу, свежий воздух резал лёгкие, а я почувствовал тяжесть в груди — не от холода, а от тревоги.
В машине Влад включил музыку, а затем набрал номер Рины.
— Чего тебе, Владик? — послышался резкий, слегка раздражённый голос по телефону.
— Ты скоро будешь дома? — осторожно спросил Влад.
— Тренировка, потом работа, — голос Рины звучал уставшим и грубым. — Не раньше десяти.
— Никаких пацанов сегодня, — твердо сказал Влад, словно отец, пытаясь контролировать ситуацию.
— Ты шутишь? — рассмеялась она с вызовом. — О моём здоровье подумал? Ты совсем с ума сошёл?
— Если нужен секс — обращайся к Дэну, он сегодня у нас ночует.