Отправив это, девушка подумала о том, что Стайлз, наверное, не просто ее напарник. Он и есть тот, кто подхватит ее в случае, если девушка вдруг упадет. В голове всплыли его вчерашние слова о том, что он всегда будет рядом.
— Значит, считай, что я не прошел проверку, — дверь в комнату медленно открылась, и на пороге показался Стайлз. Он запихнул телефон в карман и улыбнулся. — Привет.
— Привет, — Сэди поджала ноги к себе, обхватив их руками. — Ты почему не на паре?
Стайлз зашел внутрь и присел на кровать, на которой спала Лидия, свел руки, переплетая пальцы, и поднял голову вверх, чтобы видеть лицо Сэди.
— Я вышел в туалет. Ну, точнее, так я сказал профессору и, кажется, он теперь будет думать, что у меня диарея.
— Причем страшнейшая, — рассмеялась Сэди, а затем изобразила щенячий взгляд. — Надеюсь, ты не обижаешься на меня за то, что я вчера украла твой момент славы?
Стайлз непонимающе поднял бровь.
— В смысле?
— Ну, на игре … Тебя только вызвали на поле, а тут я с трупом и бешеными бабскими воплями.
— Ты глупая что ли? — Стайлз встал, подошел к кровати девушки и положил подбородок на деревянную перекладину, которая не давала тем, кто спал на верхнем ярусе, упасть вниз. — Ты, определенно, самая глупая девушка на всем белом свете.
Сэди легонько щелкнула Стайлза по лбу.
— Ты совсем страх потерял, Стилински.
— Наоборот, приобрел. Вчера. Когда Скотт и Айзек стояли посреди поля с огромными глазами, говоря мне, что с тобой что-то случилось.
Сэди нахмурила брови, но не от задумчивости, а от недоумения.
— Стайлз, я, в конце концов, опытный охотник, а не фифочка с маленькой собачкой под мышкой, которая будет верещать даже тогда, когда увидит мышь.
— Но это не значит, что ты не можешь бояться, Сэд.
Девушка понимала, что парень был прав, но признавать этого вслух не собиралась.
— Это значит, что я не имею права даже думать о том, чтобы бояться.
Девушка не отводила взгляд от медово-карих глаз Стайлза. Она разрывалась между чувством собственного достоинства и странным желанием, чтобы Стилински снова обнял ее, крепко прижимая к себе и произнося те вчерашние слова.
— На конкурсе самостоятельных, не нуждающихся в помощи друзей, упертых и самодовольных людей ты взяла бы гран-при, — произнес Стайлз, улыбаясь.
Девушка показала ему язык и подползла к ступенькам, чтобы спуститься вниз.
— Странно, что после вчерашнего инцидента занятия не отменили, — произнесла она, переступая со ступеньки на ступеньку, пока, наконец, не достигла пола.
— В холле повесили объявление о том, что пары сокращены на пятнадцать минут. А еще упомянули о поминках, которые состоятся в эти выходные.
Стайлз присел обратно на кровать, и Сэди разместилась рядом с ним, поджимая одну ногу под себя.
— Как ее звали хоть?
— Кажется, Одри. Она была соседкой девушки Скотта.
— Ее, между прочим, Роуз зовут.
Стайлз развел руками.
— Вы с ней уже подружились, что ли?
— Поболтали немного на игре. Она славная и, кажется, ей действительно нравится Скотт.
Стилински хмыкнул.
— Что будем делать с аземой?
Сэди поджала губы — этого разговора было в любом случае не избежать.
— Кстати, об этом … Мне кажется, что стоит самой заняться этим делом.
Стайлз непонимающе нахмурил брови.
— Ну, мы итак не особо посвящаем в это остальных ребят.
— Нет, ты не понял. Совсем самой. Без тебя, Стайлз …
Стилински развернулся всем корпусом в сторону Сэди.
— Почему это?
“Потому, что я боюсь, вдруг с тобой что-то случится, а я этого не переживу. Потому, что ты со своей идеальной улыбкой заставляешь меня забывать о том, что я должна быть готова отразить атаку любой нечисти в любое время дня и ночи. Потому, что ты умудряешься одним своим взглядом заставить этих дурацких бабочек у меня в животе порхать без остановки. Потому, что, кажется, ты мне нравишься”.
— Потому, что я не уверена, что ты готов столкнуться лицом к лицу со злом такого масштаба. Это не вендиго, Стайлз, это демон, — все, что слетело с губ Сэди.
Парень слегка прищурился, словно пытаясь понять по выражению лица подруги, шутит она или нет.
— Значит после того, что между нами было, ты меня слить собираешься? Нашла дурака, сейчас же, — Стилински взял девушку за локоть и потянул с кровати в сторону зеркала. — Вот, смотри — что ты видишь?
— Эммм, себя и еще одного надоедливого тощего засранца.
— О! — произнес Стайлз, поднимая палец вверх. — А я вижу отличную команду. Знаешь, когда ты не можешь бежать к своей цели, ты должна ползти. Но когда ты не можешь ползти, рядом с тобой всегда должен быть человек, который сможет подхватить тебя.
Сэди уставилась на отражение Стайлза в зеркале, приоткрыв рот от удивления.
— Откуда ты знаешь эту фразу?
— Не помню, где-то слышал. В общем, — он развернул девушку к себе, — я сделаю вид, будто бы ты ничего не говорила, и продолжу подстраховывать твою задницу, ясно?
— Ясно, — только и смогла кивнуть девушка.
— В конце концов, без меня ты сразу же пропадешь!
Стайлз ушел сразу же, как вернулась Лидия. Ему все еще было неловко находиться с ней рядом, да и она все еще не знала, что ему сказать. Как только дверь за парнем закрылась, Сэди тут же подлетела к подруге, которая в этот момент собиралась заплести себе косичку.
— Лидия, я тебя ненавижу!
Рыжеволосая удивленно наклонила голову в бок.
— И не делай вид, будто бы не понимаешь, о чем я!
Мартин продолжала делать прическу, не сводя вопросительного взгляда с подруги.
— После того, как ты полезла со своими глупыми вопросами о Стайлзе, он у меня теперь из головы не выходит!
Лидия самодовольно улыбнулась, молча доплела косичку, перевязала волосы зеленой лентой и, встав со стула, подошла к подруге и взяла ее за руки.
— Дорогая, это не я виновата, а ты. А именно в том, что все время берешь свои человеческие чувства и запихиваешь их глубоко в … Ну ты поняла.
Сэди вырвала свои ладони из ладоней подруги и скрестила руки на груди.
— Вот! Вот видишь, ты снова это делаешь! — Лидия всплеснула руками. — Твоя эта суровая маска человека, которому чуждо все настоящее. Так нельзя!
Сэди молчала, внимательно наблюдая за Лидией. Та отошла от подруги к своей тумбочке, на которую положила расческу, а затем резко повернулась, из-за чего ее косичка, лежащая на плече, оказалась за спиной.
— Попробуй признаться самой себе в чувствах к Стайлзу, и тебе станет лучше.
— Говорит человек, который с легкостью разбивает чужие сердца и вытирает ноги о чужие чувства.
Лидия тяжело выдохнула.
— Ты можешь играть в свои “я — непробиваемая скала” игры, но поверь мне, не одна я замечаю, как твои глаза начинают светиться, когда ты видишь Стайлза, как ты начинаешь улыбаться и заправлять волосы за ухо, флиртуя с ним, сама того не осознавая, и как ты сразу начинаешь отшучиваться при любом его слове, чтобы только он не заметил, как краснеют твои щеки.
Сэди выставила руки перед собой.
— Воу, воу, женщина, полегче! Не надо мне тут говорить заученными из романсов фразочками! Стайлз — мой хороший друг, не более того. И наши с ним отношения — это наши с ним отношения. Хотя, какие это отношения? Это просто дружба между парнем и девушкой. Все. Точка. И я тебя прошу, прекращай это свои бабские речи, иначе …
— Иначе, что? Ты снова пригрозишь выкинуть что-то из моего гардероба? Или разбить мне нос? — Лидия легко улыбнулась. — Сэди, просто попробуй послушать себя со стороны. Ты не робот, и, тем более, не супергерой. Я не заставляю тебя быть честной и откровенной в своих эмоциях со всеми вокруг, только лишь с самой собой. И, поверь мне, ты узнаешь много нового.
— Ты, вроде, на математическом факультете учишься, а не на психологическом, — фыркнула Сэди.