Гермиона уважала это в нем и в то же время немного боялась.
Снейп промолчал, глядя на нее едва не с сочувствием.
Неправильный вопрос, снова неправильный.
Она и правда хотела спросить у него о другом, хоть до этого момента об этом и не догадывалась.
— Откуда вы узнали о краже маховика? — начала Гермиона. — Откуда вы вообще о нем знаете? Профессор Макгонагалл, что мне его дала, забыла, но не вы.
Может, он и украл маховик. Обвел ее вокруг пальца, и заставил поверить в то, чего никогда не было.
Снейп хмыкнул, выставил руки перед собой и сцепил их в замок. Простой трюк, известный даже магглам, чтобы защитить свое сознание и мысли. Боится, что она прочтет и узнает лишнего?
Зря. Такие вещи ей никогда не давались. Ее удел — сухая логика, аргументы и факты.
— Вы ведь не думаете, что я отвечу на ваши вопросы просто так? — спросил Снейп после драматичной паузы.
— Чего же вы хотите?
Бартер всегда казался ей справедливой платой. И никаких долгов, которые могут стребовать в самым неудобный для тебя момент потом.
— Карманных денег я с вас не потребую, не беспокойтесь. Мне нужна услуга.
— Какого рода?
— Вам нужно будет заглянуть в комнату мистера Поттера и посмотреть, есть ли там одна вещь. А потом сказать мне об этом.
Гермиону передернуло.
Правду говорят — не заключай сделку с дьяволом, обманет: хорошего не попросит и взамен, что обещает, не отдаст.
— Нет, — ответила она, не раздумывая.
— Вам нужен черный кинжал с витой ручкой, напоминающей кость, — продолжил Снейп, будто не заметив ее отказа. — Вещь характерная, точно ни с чем другим не перепутаете.
— Кинжал… Вы имеете в виду оружие?
Снейп кивнул, явно довольный тем, что смог ее заинтересовать.
— Зачем Гарри нужен кинжал?
— Он ему не нужен, но должен у него быть до нужного момента.
Гермиона почувствовала, как раздражение подкатывает к горлу. Еще немного — и выльется наружу, какой-нибудь гадостью в адрес Снейпа.
Хватит с нее этих вечных загадок и туманных полуответов.
— Почему же?
— Если кинжал действительно у мистера Поттера, мистеру Малфою не дожить до конца учебного года.
Гермиона посмотрела на Снейпа с недоверием и яростью.
— Вы хотите сказать, что Гарри… убьет Малфоя? Зачем ему это? Гарри не убийца и…
Снейп помедлил, прежде чем прервать ее гневную тираду и выкинуть решающий козырь:
— Я этого не говорил.
— Разве?
— Если кинжал у мистера Поттера и останется у него дольше положенного срока, Драко убьете вы.
Гермиона постаралась забыть о том, что наговорил ей Снейп. Выбросить всю злосчастную чушь из головы и сделать вид, что ее там вовсе не было.
Не вышло.
Она все думала и думала о напророченном. И пусть не было ни единой причины воплощать мрачные профессорские фантазии в жизнь (кроме личной неприязни к Малфою, за которую, конечно, не убивают), какая-то ее часть боялась, что предсказание исполнится.
Вопреки всему.
Чтобы поверить по-настоящему, что сказанное профессором не правда, ей нужно было получить больше информации. Снейп готов ее дать, но только после выполнения своей просьбы, которая, по своей сути явно не в интересах Гарри. Почти предательство.
Она кожей чувствовала, что Снейп не говорит всего, и его интерес — не только попытка спасти Драко или, упаси Мерлин, ее саму.
Будь все просто, он бы узнал о кинжале сам, но ему нужны чужие руки.
А если это как-то навредит Гарри? Если кинжал — его тайна, вправе ли она раскрыть все Снейпу из-за смутного обещания рассказать больше?
Замкнутый ведьмовской круг, из которого никак не выйти.
Она не может подвести Гарри, но должна поговорить со Снейпом откровенно. Он знает о маховике и будто помнит что-то — быть может, какую-то туманную и несбывшуюся пока версию будущего — о котором она сама забыла.
Как же сложно и запутано.
Гермиона заговаривала с Гарри раз или два после его выписки, но напроситься в гости так и не смогла.
Зайти к нему — все равно что поверить словам Снейпа и признать себя убийцей, пусть и будущей.
Это бесило так сильно, что она почти решилась пропустить первый в году поход в Хогсмид. И только в очередной раз поиграв с маятником и заметив, что Драко, как зачарованный, подозрительно долго наворачивает круги вокруг Визжащей хижины, все же решилась пойти.