— Ты говорила с Дамблдором?
Гермиона покачала головой.
— А, значит, снова подслушивала, — Драко сокрушенно покачал головой. — Несносная, самоуверенная, пронырливая…
— Кто? — угрожающе спросила Гермиона. — Ну, скажи же.
Ссориться с ним было привычно и отчасти приятно. Лучше, чем видеть сны, вроде того самого, о котором она боялась даже вспоминать.
От одного мысленного упоминания о нем краска прилила к лицу, но Малфой принял ее за признак злости.
Хорошо, правильно. Пусть и дальше верит в то, что она хочет ему показать.
Их перепалку прервал истошный крик Гарри. Гермиона замерла, взглянула в глаза Драко и увидела в них отражение своего ужаса.
Если человек кричит так, случилось что-то плохое.
Малфой дернулся в сторону, сорвался с места и побежал прочь, в уютную безопасность, но Гермиона не смогла.
Едва обратив внимание на вспышку боли — яркую и снова будто чужую — ударившую по вискам, она подняла палочку и двинулась к Визжащей хижине.
— Грейнджер, дура ты непроходимая, совсем с ума сошла?! — взвился Малфой, остановившись в паре десятков шагов от нее.
Гермиона не ответила. С трудом увернувшись от охапки мелких веток, устремившихся ей в лицо, она едва не влетела в накренившийся ивовый ствол.
Едва. На этот раз повезло.
Тяжело взмахнув палочкой, Гермиона послала в дерево сноп искр — от чего-то зеленых — желая не навредить, но напугать. Иву это только разозлило.
Земля у ног Гермионы опасно задрожала.
— Нет! — услышала она собственный голос.
Ива со скрипом развернулась и, не давая Гермионе ни шанса спастись, накрыла кроной — душа, вжимая в землю, выбивая последнее дыхание.
В глазах у Гермионы потемнело. Мир остался далеко позади и в тяжелом мутном бреде ей померещилось лицо Малфоя.
Точно не то, что ей хотелось бы увидеть последним в жизни. Или?..
Она сделала судорожный и долгий вдох.
Кто-то смахнул с нее листву, разгреб руками ветки и рывком поднял на ноги.
— Топай быстрее, — приказал Драко. — Я отвлек ее, но надолго этого не хватит.
Вокруг ивы, будто в продолжение ее удушливой галлюцинации, роились сотни розовых бабочек.
— Так красиво, — рассеянно сказала она, приходя в себя. — Будто из акварели.
— Они и правда из акварели, не было времени выдумывать что-то сложное. Но, Грейнджер, клянусь бородой Мерлина, если не поторопишься, я верну их обратно на мольберт к Лавгуд и положу тебя туда, откуда взял…
Задвинув все свои «нет» подальше, Гермиона оперлась на плечо Драко, и вместе они добрались по Визжащей хижины.
— Хорошая магия, — похвалила она, а потом, чтобы это не показалось слишком фальшивым и полным неприкрытой лести, добавила: — Для среднего колдуна.
Обидевшись, Малфой легким и почти что изящным движением скинул ее на пол. Больно, но вполне заслужено.
— Я хороший колдун, Грейнджер, пора тебе запомнить, — бросил он зло. — Ищи своего Поттера и валим.
— Не нужно никого искать, я здесь, — отозвался Гарри.
Опершись спиной о стену, он тяжело дышал, был бледен, но в остальном выглядел вполне здоровым.
— Гарри, что случилось? — Гермиона поднялась на ноги, не обратив внимания на слабость и головокружение. — Мы слышали, как ты кричал.
— Она хотела сказать, орал как девчонка, Поттер, — поправил Драко.
— На меня напали, — глухо отозвался Гарри. — Но вы не должны никому говорить.
Он взял с них обещание молчать.
Гермиона приняла все со смирением, которого от себя не ожидала, а Драко — с улыбкой, не обещавшей ровным счетом ничего хорошего.
— Ты ведь понимаешь, что он разболтает об этом всем, едва доберется до гостиной Слизерина? — спросила Гермиона, когда фигура Драко скрылась за очередным поворотом бесконечных хогвартских коридоров, наконец разделив их непривычную троицу.
— Не разболтает, — отмахнулся Гарри.
— Почему?
Они свернули к комнатам старост Гриффиндора, и Гарри рассеянно пропустил Гермиону вперед.
— Не захочет лишиться рычага влияния и шантажа.
— Что ему может быть от тебя нужно?
— Этот рычаг не для меня, Гермиона, а для тебя, — Гарри улыбнулся, и от его улыбки вокруг будто стало светлее, а вот от его слов — наоборот.
Она хотела спросить, зачем Малфою понадобилось ее шантажировать, но вовремя прикусила язык. У нее было много других вопросов, которые давно пора задать.
— Давай я угощу тебя чаем, и мы поговорим обо всем этом? — попросила Гермиона. — Пожалуйста, мне это очень нужно.