Гермиона хотела отправить его в далекое и весьма увлекательное странствие по земле витиеватых речевых оборотов, но в последний момент передумала. Интерес будущего медика возобладал над обидами и самим господином здравым смыслом.
Она произнесла пару заклинаний, но никаких чар не нашла.
— И это все? Я дал тебе карт-бланш, а ты даже ко мне не прикоснулась?
Гермиона пропустила его замечание мимо ушей.
Она не хотела думать о нем так, не после того сна. Не снова. Что бы Драко там себе не надумал.
— Ты часом не лунатик?
— Бинго, профессор, — усмехнулся он. — Правда, последний раз такое случалось, когда мне было три.
Драко нервно дернул плечом и, сделав решительный шаг вперед, заключил ее в объятия. Осторожные и робкие, каких Гермиона совсем от него не ожидала.
Она дернулась и попыталась вырваться, но он не отпустил.
— Это как в болоте, Грейнджер. Если дергаешься, затягивает сильнее.
Оказавшись совсем близко, Драко дохнул на нее деревом и вишней, но коснуться губ так и не решился. Только сквозь одежду погладил спину и прижал крепче, давая почувствовать, что хочет от нее куда больше, чем она готова дать.
— Просто помолчи, Гермиона, ладно?
Услышав свое имя из его уст Гермиона вздрогнула и замолчала на долгую, тягучую и сладкую минуту.
— И что теперь? — спросила она наконец.
— Ничего, — Драко отпустил ее и небрежным движением поправил мантию. — Притворимся, что все это сон.
Гермиона кивнула, хоть и не была с этим согласна.
Глава 11. Право знать
Гарри встретил ее возле поля для квиддича и, поприветствовав взглядом и улыбкой, от которой у Гермионы голова пошла кругом, повел за собой. Не в сторону пустых и притихших в ожидании очередной игры трибун, а широким полем прочь от замка.
— Есть тут одно место, — не обернувшись, пояснил Гарри, будто почувствовав ее любопытство. — Хагрид показал его мне давным-давно, и сам потом не возвращался. Считай — подарил. Никто, кроме него и, может, Дамблдора о нем и не помнит.
— Тайное место? — удивилась Гермиона. — Так близко к замку?
— Если хочешь что-то спрятать, проще оставить это у всех на виду. Да и у Хогвартса слишком много других секретов, чтобы кого-то заинтересовал старый лодочный сарай.
Гермиона кивнула, припомнив, что и сама не так давно думала о похожем.
Тайное место оказалось покосившейся деревянной постройкой в зарослях у самой кромки воды. Не увидишь, если наверняка не знаешь, что оно там есть.
Удивительно.
Гермиона попыталась рассмотреть лачугу повнимательнее, но не смогла: всякий раз взгляд переключался на что-то другое — камыш, илистый низкий берег, мутную, пахнущую тиной воду.
Отталкивающие внимание чары?
Гарри взял ее за руку, и наваждение прекратилось, а картинка лодочного сарая перестала плясать перед глазами.
— Добавил немного магии, да? — спросила она, заранее зная ответ.
Прошептав заклинание, Гарри отпер хлипкую дверь и галантно пропустил Гермиону внутрь.
Внутри оказалось светло, просторно и тихо.
И эта тишина — звенящая, пугающая, почти осязаемая — ударила Гермионе по нервам.
Грустное место, плохое.
Не просто место для отдыха, но мрачная обитель тишины, одиночества и печали. Или страха перед первыми тремя?
Она представила, как Гарри приходит сюда и сидит в окружении пыли, книг и чертовой тишины. Совсем один. Думает, думает, думает и безуспешно пытается заглушить бесконечной магической практикой весь тот ужас из сна про кладбище…
— Или много магии, — добавила Гермиона шепотом.
Гарри улыбнулся и жестом предложил ей сесть на одно из мягких кресел, расставленных кругом, словно для гостей, которых никто не ждал.
Гермиона отказалась.
Прикасаться к чему-то здесь не хотелось. Только взять Гарри за руку и бежать так далеко, как хватит сил.
— Приятно разделить эту тайну с кем-то, — улыбнулся Гарри. — Можешь приходить сюда, когда захочешь. Заклинание не помешает.
Гермиона прикусила губу, не решаясь признаться, что по собственной воле не стала бы возвращаться в лачугу никогда.
Подавив волну отвращения к месту и его особой ауре, она все же села напротив Поттера, прямо на пол, и, вздохнув, потянулась за волшебной палочкой.
Чем быстрее они разорвут связь, возникшую из-за темного заклинания, тем быстрее Гермиона перестанет чувствовать себя чудовищно виноватой за подсмотренные чувства, воспоминания и… Малфоя.
Она почти решилась рассказать Гарри обо всем, что случилось — или почти случилось — между ней и Драко в Ванной старост, но в последний момент струсила и не смогла. Как последняя дура постояла у его двери, но так и не решилась постучать, хоть и знала — он не спит и непременно выслушает.