В глубине души Гермиона хотела, чтобы Снейп замолчал, перестал говорить, словно сумасшедший, эти ужасные вещи, но не стала его прерывать, жадно и как-то болезненно ловя каждое новое откровение.
— Дамблдор узнал секрет темного лорда и попытался убить его, но не смог, — Снейп хмыкнул. — И от чего-то решил, что вы с Поттером и Уизли справитесь лучше.
— Мы смогли? — спросила Гермиона севшим голосом.
Во рту у нее пересохло.
Она представила себе мир, где они — вместе, и поверила в него — сразу и навсегда, словно всегда знала, что так оно и было. Или должно было быть…
— Вероятно, сможете, — сказал он, глядя в никуда и почти перестав замечать Гермиону. — Для меня история не завершена. И все эти варианты сводят с ума.
— Настоящее изменилось из-за маховика, который у меня украли?
— Да. Я бы сказал вам получше за ним следить или прятать, но это уже не помогло. Много раз. Он все равно находит способ и крадет его из-под самого вашего носа. И моего.
Гермиона не знала, какой из вопросов задать первым, чтобы лишний раз не испытывать хрупкое профессорское терпение и не действовать ему на нервы больше, чем необходимо.
— Вы знаете, кто это сделал?
— У меня есть некоторые подозрения.
— Я вас слушаю.
— Снова мимо, мисс Грейнджер, — покачал головой Снейп. — Но если вас правда интересует мое мнение… Я думаю, что это Малфой.
Гермиона не сумела сдержать судорожный стон.
Снова?
А она-то решила, что Снейп расскажет ей что-то по-настоящему удивительное, неожиданное, потрясающее воображение. Как в хорошем детективе назовет имя, которого она не ожидала.
Но жизнь — не детектив.
— Я следила за ним и ничего подозрительного не увидела, совсем ничего.
— Неужели? — переспросил Снейп. — Может, не там искали?
Он снова издевался. И даже теперь, пообещав все рассказать, делал это исключительно в своей пренебрежительной манере.
— Поэтому вы хотите, чтобы я убила его? — не скрывая сарказма, спросила Гермиона.
— Я этого не хочу, — неожиданно резко оборвал ее профессор. — И если бы вы не притащили кинжал сюда, вместо того, чтобы оставить его у Поттера, как я и велел, у нас появился бы шанс кого-то спасти. Не мистера Малфоя от великого забвения, так вас — от мук совести.
— Моя рука к нему не прикасалась, клянусь.
— Тогда расскажите мне все, — попросил Снейп.
Гермиона посмотрела на него через стол и, выдержав внимательный и жесткий взгляд, улыбнулась:
— Только после вас, профессор.
Снейп не вернул улыбку, но кивнул, впервые принимая Гермиону всерьез, как игрока в большой игре и… Союзника?
— Сколько их было? — спросила она.
— Попыток вора изменить прошлое? — Снейп сцепил руки в замок, будто защищаясь от Гермионы и собственных слов. — Слишком много.
Где-то наверху во внутреннем дворе замка гулко пробили башенные часы. Гермиона попыталась представить мир вне этого кабинета и вспомнить, каков он, но не смогла. Словно все до того был только сон.
Счастливое прошлое без ответов и проблем.
— Я почувствовал каждый из двенадцати витков, — начал профессор. — Но мы никогда не знаем, что именно изменилось. Поэтому приходится расспрашивать и узнавать об изменениях конкретной петли традиционными методами. Как я ненавижу эти разговоры…
Гермиона невольно поежилась, вдруг вспомнив, что они в подземелье, и вокруг — сырость, камень и тлен. Зловещая тишина почти как в склепе.
— Тех, кто хотя бы раз использовал маховик в собственных целях, время помечает своим. Клеймит. Таких людей мало, но они есть. Мы с вами, например.
— А разве можно использовать маховик не в собственных целях?
— Можно не быть эгоистом, — отрезал Снейп. — Не пытаться вернуть потерянную дружбу или… Просто кого-то вернуть. Не касаться важного и фатального. Профессор Макгонагалл наверняка объясняла вам, что вмешиваться в ход событий и позволять себя видеть — нельзя. Такие игры не спасли еще ни одну жизнь.
Гермиона посмотрела на него с интересом.
Кажется, профессор сказал лишнего, и сам был этому не рад. Но она все равно не поняла, о ком он. Неужели о девушке, особенной для него? Какой вообще должна быть женщина, чтобы зацепить такого сухаря, как профессор Снейп?
— Я оставила свои попытки все изменить и вернула все, как было.
— Это не важно, — сказал Снейп. — Времени плевать на ваши попытки все исправить. Вы вмешались, и оно оставило след. Ничего личного.
— Что за след?