— Мистер Поттер! — ответил он, на миг потеряв самообладание. — Десять очков с Гриффиндора за грубость к учителю.
— Как пожелаете.
Гермиона с Роном подскочили к Гарри почти одновременно и, не задумываясь, встали между ним и разъяренным профессором живым щитом.
Профессор Снейп вновь бросил на Гермиону короткий насмешливый взгляд, но мешать увести Поттера подальше не стал.
До самой общей гостиной Гарри не сказал ни слова. Рон как мог пытался отвлечь его от мрачных мыслей и разговорить, но все оказалось зря: Гарри был с ними, но в то же время — далеко, будто за толщей болотной воды, через которую никому не докричаться.
Даже Гермионе.
Ей хотелось помчаться к Снейпу и, наплевав на школьные правила и собственные принципы разом, как следует встряхнуть его и заставить все исправить. Только вот некоторые вещи исправить невозможно.
Она отдала бы так много — может, даже все, что есть, — чтобы вернуться в прошлое и не отдавать кинжал Снейпу.
С чего она вообще решила, что ему можно доверять?
Наивная и глупая дурочка, несмотря на все свои знания и книжки.
Снова или всегда?
— Гарри, можем отойти на минутку? — чувствуя, что больше не может держать все в себе, спросила она. — Мне нужно рассказать кое-что.
Он не услышал.
Едва они переступили порог гостиной Гриффиндора, на них обрушился шум — голоса, смех и чужая безудержная радость: кто-то из младших решил отметить день рождения с размахом, принес много разного из «Сладкого королевства» и разделил с остальными.
Толпа однокурсников оттеснила Гарри раньше, чем Гермиона успела этому помешать. В самую гущу событий, которых он совсем не хотел после стычки со Снейпом.
Далеко.
Кто-то вручил Гермионе огромную медовую ириску и целый пакет разноцветных плиток шоколада, но она не смогла проглотить и кусочка.
А ведь она почти призналась, от кого профессор Снейп узнал о кинжале. И от кого его получил…
Смотреть на Гарри, отчаянно изображающего веселье, было почти физически больно, и все же Гермиона не могла отвести взгляд: то ли боясь, что только она отвернется, он раскроет все ее тайны, то ли желая согреть взглядом там, посреди галдящего людского моря.
— С ним все будет в порядке, — жизнерадостно сказал Рон, занимая место рядом. — Пока мы здесь.
— Знаю.
Утащив плитку шоколада из пакета, который Гермиона продолжала держать в руках, хоть напрочь о том забыла, он воровато огляделся и, убедившись, что остальные студенты либо на расстоянии от них, либо заняты своими делами, наклонился и зашептал:
— Ты когда-нибудь спрашивала Гарри о том, что произошло на кладбище? Ну, в тот день, когда Сам-Знаешь-Кто…
Гермиона поежилась, вспомнив свой гнусный сон, полуживого Гарри и голоса. Она так и не вспомнила, кому принадлежал третий, хотя точно не раз слышала его раньше. Совсем недавно.
— Нет, — ответила она наконец. — Не думаю, что ему хочется об этом вспоминать.
— Моего отца вместе с остальными тогда отправили на место.
— Правда?
— Да, в Министерстве как раз бушевала та эпидемия, и рук не хватало, так что даже его отдел привлекли.
— Это, наверное, было ужасно?
— Да, но… — Рон снова посмотрел по сторонам. — Потом все скрыли, так что даже репортеры из «Пророка» ничего не прознали, но заклинание, убившее Того-Кого-Нельзя-Называть выпустили не из палочки Гарри.
Гермиону будто окатили холодной водой.
— Что?
— Не знаю точно, что тогда произошло, но уверен, что у Гарри до сих пор не все хорошо. И я рад, что мы все снова общаемся. Лучше бы нам за ним приглядеть.
Не дав ей ответить и осознать, Рон поднялся и, нацепив привычную улыбку, присоединился к общему веселью. А Гермиона осталась — думать, сомневаться и гадать.
Записка прилетела ближе к ночи.
Вокруг стало тише и свободнее, так что Гермиона даже нашла себе уголок и занялась домашним заданием по Древним рунам.
И тут, громом на небе — оно.
Не письмо с совой, а маленькая заколдованная бумажка, сложенная в форме птички-оригами. Она знала, что ученики обменивались такими, чтобы передать что-нибудь короткое, неофициальное и дружеское, но сама еще не получала.
Жду тебя в библиотеке. Узнал кое-что интересное.
М.
Гермиона вздрогнула и в ярости смяла записку в комок за секунду до того, как за ее спиной возник Гарри.
— Кто пишет? — спросил он с улыбкой.
— Да так… Девочка из Когтеврана, Полумна Лавгуд. Ты, наверное, ее не знаешь. У нас общее задание по одному из факультативов, — Гермиона ответила первое, что пришло в голову, с неудовольствием отметив, что врать вдруг стало легко, куда легче, чем раньше.