Взгляд Гарри вдруг стал жестким, словно кто-то незримый отодвинул шторку сознания и из-за нее показалось нечто холодное и чужое, не готовое идти на контакт.
Она и сама понимала, что поступает неправильно, пользуясь его слабостью, но остановиться не могла.
— Я не смогу помочь, если не узнаю, с чем бороться, — тихо проговорила она. — Что ты хотел, Гарри?
Его губы разомкнулись, чтобы рассказать что-то — важное, страшное, невозможное — но Гермиона так ничего и не узнала.
Вместо того чтобы говорить, Гарри, обхватив рукой ее затылок и чуть потянув за волосы, заставил Гермиону запрокинуть голову назад. Только чтобы приблизиться и поцеловать — властно, жадно и зло.
— Гарри… — пробормотала Гермиона, на секунду отстранившись, чтобы сделать глоток сырого воздуха и прийти в чувство.
— Если тебе нужна правда, то вот лучшая часть, — прошептал он, обжигая кожу у ее уха горячим и шумным дыханием. — Я хочу тебя. Хочу тебя всю.
Они продолжали целоваться, не в силах притормозить или остановиться.
Дрожащими руками Гарри расстегнул молнию на ее пальто и, скользнув под свитер, сжал руками талию. Пальцы у него были требовательные и ледяные.
И только это прикосновение вернуло Гермионе способность думать.
Пока Гарри под действием сыворотки правды нельзя утверждать, что он действует искренне и по своей воле. Может, он и хочет чего-то подобного, но готов ли к действиям здесь и сейчас?
Гермиона не могла сказать наверняка.
Мерлинова голова.
Все не так, неправильно, ужасно не вовремя.
— Гарри, хватит, — приказала она, мягко отстраняя его от себя и поправляя одежду. — Мы обсудим все позже, в более уютной обстановке и без сыворотки, если ты не передумаешь…
Гарри встряхнул головой и, не слушая ее протестов, вышел под дождь.
Холодные струи почти вернули его прежнего.
— Прости, — извинился он. — Драклы, Гермиона, мне так жаль. Ты права, нам лучше вернуться в замок.
На выходе из Хогсмида они встретили Малфоя. Тот, стоя под заколдованным зонтом, хотя дождь уже закончился, без особо интереса поглядывал на дорогу, будто ждал их появления.
Ну, нет, до такого он бы не дошел. Чистокровная гордость или что там у них, аристократов, вместо сдерживающего элемента, не позволила.
Так ведь?
— Гарри, я знаю, что не должна спрашивать, но… Что случилось тогда на кладбище? В день, когда Волдеморт пал? — спросила Гермиона, когда они отошли от волшебной деревни и Малфоя достаточно далеко.
— Ритуал, — туманно отозвался Гарри. — Ни боггарта не помню. И не хочу вспоминать.
Его все еще шатало, и они остановились у холма, нависающего над озером, чтобы немного передохнуть.
— На кладбище ведь кроме тебя было еще двое? Они сделали что-то ужасное? А потом второй человек убил Волдеморта вместо тебя?
Гарри прошипел в ответ что-то неразборчивое. Только долгое мгновение спустя Гермиона поняла, что, не желая выдавать новых тайн, он перешел на змеиный язык. Хитрец.
— Ты можешь рассказать мне обо всем, когда будешь готов, — сказала она.
— Спасибо, — сказал Гарри, хоть благодарить было не за что.
Он попытался сделать шаг, но тяжело пошатнулся и осел на землю.
— Кажется, тебя отпускает, — вынесла вердикт Гермиона. — Правда отнимает много сил. После такого проспишь не меньше суток.
— Лучше бы не прямо сейчас.
— Обопрись на мое плечо.
Гарри подчинился, но оказался куда тяжелее, чем она ожидала.
Шли они медленно, и Гермиона даже обрадовалась, когда нагнавший их Драко, тихо выругавшись, подхватил Поттера с другой стороны.
— Решила подлить ему в чашку яда, но не рассчитала дозу? — язвительно уточнил Малфой. — Тут, знаешь, как с глизнем-переростком, много не бывает. Но я могу тебя понять, ведь свидание с таким, как он — то еще испытание.
— Да ты шутник, — парировала Гермиона. — Если рассчитывал на другой исход, мог не помогать.
— У каждого должен быть человек, который в случае непредвиденных обстоятельств поможет спрятать труп.
— Гарри — не труп!
Драко подхватил Поттера удобней, едва не взвалив его целиком на себя. Гермионе послышался хруст костей, не обещавший ничего хорошего.
Гарри сладко всхрапнул и тут же проснулся.
— Что я пропустил?
— О, даже не знаю, с чего начать, — оскалился Драко, с силой пихая его в бок — больше из мести, чем из необходимости.
— Малфой, отпусти меня сейчас же, — зло бросил Гарри.
Не очень уверенно, впрочем. Они с Гермионой, переглянувшись, и не подумали слушаться.
— Предпочитаешь, чтобы тебя тащила девчонка? — холодно осведомился Драко. — Или мне наколдовать носилки, чтобы каждая собака в округе узнала, что ты снова влип?