— Думаю, требование Северуса справедливо, — подумав мгновение, ответила она.
— Хорошо, — быстро сдался директор. — Итак, кто из присутствующих, исключая мисс Грейнджер и мистера Поттера, выступает за то, чтобы исключить последнего из Хогвартса?
Худая рука Снейпа взметнулась вверх, но только она одна.
— Кто голосует за то, чтобы оставить мистера Поттера в школе?
Сам Дамблдор, профессор Макгонагалл и, к удивлению, Люциус Малфой подняли руки.
Гермиона шумно выдохнула.
Обошлось.
Я мечтаю сбежать из Хогвартса, но Дамблдор вряд ли позволит.
Слова Гарри вспомнились внезапно и совсем не вовремя. Что, если он говорил всерьез?
— Решение принято. Мистер Поттер, мисс Грейнджер, думаю, ваше присутствие больше не требуется.
Они поспешили подняться и, будто наперегонки, заторопились к двери.
— И еще одно, мисс Грейнджер… — Дамблдор помедлил. — Тридцать очков Гриффиндору за вашу смелость и исключительную приверженность интересам школы.
Гарри вышел первым и, прибавив шаг, попытался скрыться, но Гермиона ему не позволила. Догнала у подножия лестницы и, крепко ухватив за рукав, силой заставила остановиться.
— Дай мне объяснить, — попросила она.
Гарри покачал головой и, не глядя на нее, грубо вырвал руку, собираясь продолжить путь.
— Пожалуйста, Гарри.
— Пожалуйста? — переспросил Поттер, и голос его прозвучал так насмешливо и холодно, что показался Гермионе незнакомым. — С чего ты взяла, что я захочу слушать тебя? После всего?..
Она отшатнулась и уставилась на него во все глаза. Привычная жизнь рушилась, и она ничего не могла поделать. Разве что ускорить процесс…
— Я действительно отдала Снейпу кинжал, но не по своей воле. И точно не для того, чтобы он использовал его как оружие.
— Мерлиновы уши, Гермиона, замолчи, — Гарри потер виски, словно у него вдруг разболелась голова. — Просто заткнись.
От неожиданности Гермиона и правда замолкла на мгновение, а потом, отложив жгучую обиду на потом, заговорила еще быстрее, боясь, что он прервет ее на полуслове.
И исчезнет навсегда.
— Я несколько раз пыталась тебе рассказать. Мы со Снейпом связаны общей тайной… Он обещал помочь, но не сделал ничего, а я поверила, как последняя дура…
Тени за спиной Гарри дрогнули и, оскалившись зубастыми ртами, бросились вперед. Быстрее, чем он смог их остановить. Быстрее, чем он захотел это сделать. Если бы вдруг захотел.
— Что за?..
Тени коснулись ее лица и, обдав холодом, скользнули за спину. Иррационально, неправильно и страшно. Когти, вполне материальные, прошлись по шее под самым подбородком, словно собираясь пустить кровь.
— Гарри, ты их контролируешь?
Он не услышал вопроса и скрытой в нем мольбы прекратить ужас здесь и сейчас. Может, Гермиона не произнесла слова вслух. Она не была уверена, уже ни в чем не была уверена.
Все происходило так быстро, что она не успевала осмыслить, понять или защититься.
И от кого, от Гарри?
Какой же бред.
Она чувствовала его ярость и его боль. И хотела унять и то, и другое больше всего на свете. Он не мог не почувствовать — связь ведь работала в обе стороны — но остался равнодушен.
— Кажется, ты говорила, что будешь на моей стороне, — сухо бросил Гарри. — Вот оно, твое вместе до конца, да?
— Да, Гарри, конечно.
— Грязная лгунья.
Тень, вставшая между ними стеной, приобрела очертания человека и с силой ударила Гермиону по лицу. Такой пощечины оказалось достаточно, чтобы перепугать ее до полусмерти и привести Поттера в чувства.
Тени рассеялись.
— Что ты сделал?
— То, чего не следовало.
Он не извинился, не отер с ее разбитой губы кровь, сохраняя пугающее хладнокровие, напугавшее Гермиону даже больше, чем вспышка ярости и взрыв магии до того.
— Ты так сильно меня ненавидишь? — спросила она шепотом.
Он болезненно поморщился, и Гермионе показалось что в глубине зеленых глаз, бесконечно далеко, мелькнул прежний Гарри. Любивший ее по-настоящему? Готовый принять, какой бы она не была?
— Теперь — да.
Гермиона не ответила ни на одну из записок Драко, просто не нашла в себе сил после всего свалившегося на ее грешную голову.
Слухи о предательстве на заседании по делу Гарри пугающе быстро достигли ушей однокурсников, и жизнь, почти ставшая такой, какой Гермиона всегда хотела, вновь превратилась в кошмар наяву.
Кто-то нашел и изорвал все конспекты по Трансфигурации, безнадежно испачкал школьную форму и, вероятно, неумело желая проклясть, насыпал золы под дверь комнаты.