— Как ты узнал?
— Люди не такие сложные, как кажется. Для того, кто имеет наблюдать. Представляю Поттера, что до самой смерти будет гоняться за темными колдунами, не страшнее его собственной тени. Или Уизли, гробящего здоровье в тщетной попытке раскрутить семейное дело и не повторить судьбы своего жалкого отца.
Гермиона сглотнула и жестом прервала Драко, но тот не замолчал.
— Твоя судьба — точно не чистить утки в Мунго или рассматривать стариковский лишай. Чем раньше ты это поймешь, Грейнджер, тем лучше для тебя самой.
Желая воздействовать всеми доступными ему способами, Драко нашарил под партой ее руку и с силой сжал. Не ободряюще, но… Как?
Гермиона так и не смогла понять.
В тишине, от чего-то показавшейся звонкой, раздалось ее имя.
Вырвав у Драко руку, она подскочила и, собрав все листы, которые так и не успела исправить еще раз, подошла к массивному профессорскому столу.
Макгонагалл встретила ее с особым радушием и, даже не взглянув в заполненные формы, улыбнулась:
— Хорошо, что с вами у нас все понятно, мисс Грейнджер.
Проныра. Так, кажется, назвал ее Драко? Девчонка, что не успокоится, пока не узнает все, что ее интересует. Девчонка, которую очень интересуют чужие тайны и путь к ним… Для которой поиск отгадок — лучшее и любимое занятое в жизни. И как она раньше не замечала?
— На самом деле я бы хотела подумать, — не веря собственным ушам произнесла Гермиона. — Может быть, вы дадите мне буклет?
Драко поймал ее на выходе из аудитории и, ухватив за талию, ловко оттащил в темный угол неподалеку.
— Всю лекцию мечтал это провернуть, — бросил он, плотнее прижимая ее спиной к себе и едва не касаясь горячими губами шеи.
Пожалуй, посмей он, она бы закричала.
— Неужели не нравится? Неприятно, когда я так близко или?..
Не раздумывая ни секунды, Гермиона двинула ему локтем по ребрам. Малфой глухо вскрикнул и отступил.
— Могла просто попросить.
Отряхнувшись, словно тот успел ее испачкать, Гермиона развернулась и посмотрела на негодяя в ярости. Почти без сожалений, что внезапное объятие закончилось так быстро.
Почти.
— Какой же ты…
Прочитай она весь толковый магический словарь снова и запомни из него побольше, все равно бы не смогла подобрать для него правильного и точного определения.
Может, и хорошо.
— Неотразимый?
— Навязчивый.
— Очень грубо.
Вдруг оказалось, что Гермионе плевать на мелочи вроде грубости.
Словно зачарованная, она никак не могла оторвать взгляд от его лица. И губ. Не могла перестать думать, что бы Драко сделал, позволь она продолжать. О том, что он сделает, попробовав подобное в следующий раз.
— Грейнджер, выдыхай, — закатил глаза Драко, неправильно поняв ее заминку. — Я просто пошутил и уже ухожу.
Выдавив улыбку, он сделал шаг в сторону, но Гермиона остановила его.
— Стой.
— Что?
Искреннее удивление, отразившееся на его лице, стоило того, чтобы сказать что-то в этом духе.
— Я подумала о твоих словах.
Она продолжила, не сводя с него глаз. Чувствуя, что они оба хотели бы другого продолжения у весьма многообещающей фразы.
Может, в другой жизни. Если они оба станут другими.
А пока…
— У меня есть план, как узнать правду у Гарри, но он тебе не понравится.
Глава 19. Твоими глазами
Гермиона хотела удостовериться, что Гарри им не соврет. Как они успели убедиться, в своем новом состоянии он способен на вещи пострашнее, чем дежурная и безопасная ложь, значит, нужно действовать сразу и наверняка.
Ее план можно — если вообще можно, в чем она все же немного сомневалась — провернуть только один раз, и права на ошибку у них нет.
— Слушаю, — так и не дождавшись продолжения, поторопил Драко.
— Мы разыграем небольшой спектакль, — туманно начала Гермиона, не решаясь взглянуть Малфою в лицо. — Ночью ты сходишь к нему еще раз. Сделаешь вид, что снова попал под действие чар, и выведаешь все, что сможешь. Я помогу.
— Думаешь, Поттер такой идиот, что ни о чем не догадается? Я бы согласился, но тут уж и второкурсник поймет разницу.
Заклинание «Империо» оставляет на человеке след, который невозможно сымитировать, Гермиона достаточно читала об этом, чтобы знать. И чтобы позаботиться об этом заранее — тоже.
— Не поймет, если ты и правда будешь под заклятьем.
Повисшая тишина показалась Гермионе зловещей. Сладкое затишье перед бурей, способной разнести мир в щепки.
— А ты жестока, — бросил Малфой. — Хочешь наложить на меня «Империо»? Серьезно? Если доложат, тебе светит «Азкабан».