- Допустим. Но пока меня еще не свергли, Иншалла, может быть, вы все-таки покинете кухню. Люди работают, чтобы себя содержать, а не ради великих идей. А мою компетентность, если на то ваша воля, мы обсудим позднее.
- Содержать себя можно и в бистро, - не осталась в долгу Таня. – Про остальное, действительно, поговорим позже.
Она вновь развернулась к выходу.
- Какой шеф, такое и меню, - негромко проговорила она, решительно переступая порог кухни.
- Да продлит Аллах ваши дни, Татьяна-ханым! – не менее решительно прозвучало вслед ей и ее подружке, семенившей позади. А когда их шаги стихли, Хомяк, молчаливо подпирающий стену и не мешавший детишкам резвиться, отлепился от излюбленной поверхности. Одним из методов его руководства было максимальное невмешательство. Свое веское слово он говорил лишь в самом крайнем случае, а для остального в наличии имелась Лика.
- Что это было такое? – поинтересовался он.
- Гена, блин! – гавкнул Реджеп, обернувшись к подчиненному.
Гена бросился к блину, а Шеф процедил сквозь зубы:
- Мажорка!
Хомяк только махнул рукой.
- Ты же видишь, там детский сад. Забей.
- Уже забил, Валерий Анатольевич.
- Она дочка Моджеевского. Она несколько лет развлекалась в Штатах. Да и ты ее только что видел. Спорим, ей за неделю все это надоест, и она сбежит на какие-нибудь острова или шопингом заниматься... в Париж.
- Это несказанно меня успокаивает. Но пусть даже в эту неделю больше на мою кухню не суется. А то ненароком соус на нее пролью... с ее же волосами.
- Я и так собирался держать ее подальше. Сунул ей... коммуналку. Пусть наслаждается, - расхохотался Хомяк, но смех его был прерван входящим звонком. И даже не видя имя, высветившееся на экране смартфона, все на кухне точно знали, кто звонит. Явилась солнцеЛИКАя, а Хомяк бросился наутек. Потому как все еще пребывал в счастливом неведении относительно конфиденциальности собственной личной жизни. Но разве так просто что-то скрыть от коллектива?
Четинкае скрывать от коллектива было нечего
В отличие от своего непосредственного начальника, господину Четинкае скрывать от коллектива было особенно нечего, потому на мытарства Хомяка он поглядывал с усмешкой, но без скабрезностей. Как мужик мужика – он его очень даже понимал. Если сравнивать текущую жену Валерия Анатольевича и Анжелику, то сравнение, конечно, в пользу последней. Да и в том, что касалось романов на работе, – черт с ним, мало ли, вдруг там любовь. Однако жизнь самого Реджепа Четинкаи складывалась таким образом, что он, не будучи таким уж принципиальным человеком в вопросах морали, все же обладал некоторыми установками на жизнь. И потому, во-первых, никогда не гулял с замужними. А во-вторых, точно знал, что женатому мужчине вовсе не стоит заводить любовницу.
Как знать, может быть, именно потому, после достославных событий, заставивших его вернуться из Парижа в славный город Солнечногорск, связывать себя узами брака Реджеп не спешил, хотя любезная матушка из своей Испании и давила. Да и отец периодически пытался призвать его к благоразумию и раз за разом выбирал ему подходящих невест в Стамбуле. Подходящих, конечно же, отцу, но никак не самому Реджепу, вовсе не собиравшемуся уезжать в Турцию только по той единственной причине, что матери двадцать девять лет назад довелось удачно съездить на конференцию архитектуры и проектирования переводчиком в Анкару.
У отца на тот момент уже была собственная семья и заводить серьезных отношений со славянкой он вовсе не собирался. А Наталья Валентиновна долго в роли любовницы не продержалась – родня жены господина Четинкаи, что-то вроде клана местной мафии, подключилась, потому пришлось ей драпать восвояси, в Солнечногорск, куда и принесла она в подоле своего Реджепчика, которого отец все же признал, содержал и даже узаконил вскоре после безвременной кончины супруги. У него было лишь одно условие: мальчик должен воспитываться в исламских традициях, учить турецкий язык и носить имя своего деда Реджепа.
Однако никто не учел, что мальчик Реджеп вырастет в то, во что он в итоге вырос, потому держать в узде этот симбиоз котлет и мух оказалось невозможным, вследствие чего сейчас молодой Четинкая торчал в интернете и разрабатывал новогоднее меню, размышляя, с кем провести выходные. С другом Лехой на мотоциклах погонять, пока погода позволяет, или исполнить надежды Леночки, кондитера из «Миндаля».
У Леночки было два плюса.
Во-первых, она была не замужем. То есть, вариант адюльтера с обеих сторон исключался как таковой. Во-вторых, она реально шарила в десертах, а значит, с ней можно будет поработать над рецептурой пирожных, которые Реджеп планировал добавить в меню не позднее католического Рождества.