- Вы в этом уверены?
- Абсолютно! Ибо силу и величие мордорской науки еще никому не удалось опровергнуть!
- Выпить бы, - хрипло обронил Лешка. - А там поглядим...
- Во время эксперимента пить категорически запрещено, - отрезал Гегельнауф.
- А что не запрещается?
- Молчать, смотреть и слушать.
Лешка так и поступил, взирая на происходящее, словно мученик, распятый на дыбе.
- Итак, - воодушевленным голосом продолжил Гегельнауф, физиономия которого буквально светилась в ожидании подлинного триумфа мордорской науки. - Для того, чтобы проникнуть в мозг этого существа, - он изящным жестом положил шестипалую конечность на Лешкину голову и слегка задумался, - нам потребуется, куда большее напряжение и куда больший накал страстей, чем мы предполагали...
- Нельзя ли перейти прямо к сути, - перебил его Майеер.
- Разумеется... - моментально донеслось в ответ. - Но тогда мы рискуем потерять объект под номером 768 раз и навсегда, его мозг может не выдержать подобной нагрузки.
- Главное, чтобы "Генератор чудес" выдержал, а мозг этого тролля меня мало волнует.
- Я не тролль, - возмущенно заявил Лешка.
- Заткните ему рот, коллега Гегельнауф, - недовольно обронил Майеер. - В конце концов, здесь не балаган, а храм науки. Наконец, это попросту отвратительно, когда подопытный материал издает членораздельные звуки. Не хватало еще, чтобы мы затеяли с ним дискуссию по вопросам теософии, половом неравенстве и теории мироздания.
После подобной тирады мордорские ученые шустро заткнули Лешке Сухареву рот вонючим кляпом и продолжили эксперимент.
- Вы готовы, коллега Гегельнауф?
- Совершенно!
- Тогда включайте!
В следующую секунду где-то в здании Цитадели смерти снова загудел неведомый механизм. Гул постепенно нарастал, пока не перешел в адский вой. Комната затряслась, задребезжали колбы, задрожали реторты, завибрировали приборы, лихорадочно замигал свет. На Лешку заново начал опускаться черный колпак магистра Мюллера с пучком разноцветных проводов. В тот момент, когда под ногами объекта под номером 768 должна была разверзнуться очередная бездна, в самой сердцевине Цитадели смерти раздались подозрительные шумы и треск. Они сменились жалобным звоном разбитого стекла и грохотом осыпающихся камней, после чего "электрический стул" под испытуемой жертвой слегка крякнул, треснул и просел. Потом звучно лопнула стенка аквариума, а с потолка обильным дождем посыпалась штукатурка и пыль.
- Что происходить, коллега Гегельнауф?! - стараясь перекричать шум, воскликнул господин Майеер.
- Мнемонические колбы Друзделя! - Гегельнауф схватился за голову и в панике забегал по комнате, пытаясь отключить оборудование. - Они разряжаются!
- Только не говорите мне, что это снова штатная ситуация! - подначил его господин Майеер, гневно выпучивая глаза.
- Двадцать лет работы!.. Это немыслимо!.. Это полная катастрофа!..
- Это вы во всем виноваты, коллега Гегельнауф!
- Нет, вы, господин Майеер! Это вы позволили проводить эксперимент "Память предков" на пределе возможностей!
- Коллега Гегельнауф! Вы осел! Оставьте "Память предков" в покое, если не хотите, чтобы вас лишили вашей собственной!..
- Господин Майер!.. - возмущенно раздалось в лаборатории. - Я только с виду полный идиот, а так все прекрасно понимаю!.. Уверяю вас, я лично проводил эксперименты на образцах под номерами 755 и 759, антропология которых родственна данному материалу!.. Вот результаты предыдущих опытов!
- Какого черта вы суете мне под нос ваши дурацкие показания! - хрипло произнес господин Майеер.
- Хочу, чтобы вы лично убедились в том, кто виноват в данном инциденте, - откашливаясь от пыли, заявил коллега Гегельнауф...
Лешка смотрел на двух мордорских ученых и ничего не мог поделать. Во рту у него торчал кляп, сверху обильно сыпалась пыль, а за разрушенной стеной аквариума испуганно суетились "рыбьи головы" научного персонала, и не было никого вокруг, кто сумел бы объяснить ему, как отсюда выбраться?
Тем временем, звуки гигантского элеватора, работающего внутри цитадели, достигли своего максимума и внезапно резко пропали, только слышался тихий ход скрытого часового механизма. А затем рвануло так, что содрогнулось само основание Цитадели смерти, погружая лабораторию в кромешную тьму.
<p>
Эпизод двадцать шестой</p>
Пусть у твоих удач беда со слухом,
Ты все равно не падай духом...
Освободился Лешка неожиданно легко, а кляп сам выпал у него изо рта, словно затычка из бочки. Металлические замки внезапно ослабли, после чего не составляло особого труда покинуть ненавистное кресло. Невзирая на абсолютную темень в глазах, он нащупал входную дверь и буквально выпал из помещения лаборатории наружу.
Увы, снаружи не было ничего хорошего, кроме бескрайней снежной равнины, бесконечность которой не поддавалась никакому здравому смыслу. Сверху медленно и величественно падал снег, такой же невыносимо равнодушный и холодный, как и далекий край горизонта. Этот сказочный пейзаж скупо освещался тремя красноватыми лунами, навстречу которым неспешно поднимался большой диск блеклого синего солнца.