— Что заставляет тебя думать, что это произошло не по естественным причинам?
Сэм, казалось, удивилась, а затем пояснила:
— Ну, тебе не может быть гораздо больше, чем двадцать восемь или двадцать девять, Мортимер. Так что если твои родители не были очень старыми, когда у них появился ты, скорее всего, что они оба умерли по естественным причинам представляется маловероятным.
— Ах, да, конечно, — пробормотал он, давая себе мысленный пинок. — Они умерли вместе. В пожаре.
Сэм протянула свою руку, чтобы сжать его, которая лежала поверх стола. Она быстро ее пожала, сочувствуя ему, а затем стала отпускать, но Мортимер повернул руку и переплел ее пальцы со своими, удерживая ее. Ее глаза смотрели на него с удивлением, и у него появился безумный порыв сказать ей правду о своих родителях. Обо всем, но конечно он не мог.
— Сколько тебе было лет, когда они умерли? — спросила Сэм, оставляя свою руку в его.
Мортимеру было шестьсот восемьдесят восемь лет в 1898 году, когда умерли его родители. Он сказал:
— Восемнадцать.
— О-о, мне очень жаль, — сказала Сэм, сжав его руку еще раз. — Такого же возраста была Джо, когда наши родители умерли.
Официантка выбрала этот момент, чтобы появиться с едой, и Сэм освободила свою руку и откинулась на спинку стула, пока девушка расставляла их тарелки и напитки.
— Спасибо, — пробормотала Сэм, когда девушка закончила и отвернулась. Ее брови приподнялись из-за увиденных двух тарелок с двумя бутербродами и двух порций картофеля-фри у Мортимера и спросила: — Ты родственник Брикера?
Вопрос удивил и рассмешил Мортимера, но он покачал головой.
— Вообще не имею к нему никакого отношения, хотя я не виню тебя, за то, что ты так подумала сейчас.
— Хм, — сказала Сэм неверя.
— А может, я заглушаю другой голод едой, — предложил он со злодейской усмешкой, и усмехался, пока она не сообразила, на что он намекал, и не вспыхнула бордовым цветом. Он пожалел о своем поддразнивании, потому что, затем она обратила свое внимание на заказанные блюда и отказалась говорить за едой. Он подозревал, что его поддразнивание немного ее расстроило, хотя он не был уверен, почему. Сожалея об этом, он позволил ей есть в тишине. Ни один из них не заговорил снова, пока они не закончили есть, но в момент, когда он отодвинул свою тарелку, Сэм спросила немного резко:
— Так что, кроме секса, наркотиков и рок-н-ролла, тебе больше всего нравится в группе?
— Я не люблю секс, наркотики и рок-н-ролл, — заверил он ее с неодобрением, апотом понял, что сказал, и добавил: — Я имею введу мне нравиться это. Секс, а не наркотики и рок-н-ролл. — Когда он это говорил, она наклонила голову и следила за ним с беспокойством, он добавил: — я имею в виду, я люблю секс, но не с поклонницами или что-нибудь подобное.
— Но не наркотики или рок-н-ролл? — спросила она.
— Правильно. — Он кивнул, а потом остановился и покачал головой, поскольку его мозг выбирал отдельные слова. — Нет, не правильно. К тому же я люблю рок-н-ролл. Я ведь в группе, но я… Только наркотики мне не нравятся… и поклонницы, — добавил он, а потом остановился и попытался разобраться в выражении ее лица. Ее губы дергались, но он не мог сказать, было ли это от смеха или отвращения. Решив, что перемена темы разговора может быть хорошей идеей, он выпалил, — Путешествия. Мне нравится, эта часть моей работы.
И это было правдой. Мортимеру всегда нравилось рассматривать новые места и людей.
— Где вы играли? — спросила она с любопытством.
— Калифорния, Канзас-Сити, Нью-Йорк. Мы побывали почти в каждом штате, а также в каждой провинции Канады, — сказал он честно.
— Ваша группа играла в Канаде? — спросила Сэм с удивлением.
Мортимер скривился, но сумел избежать лжи, заявив:
— Мы работали в очень многих местах в Канаде.
— Но не в Торонто, — сказала Сэм с уверенностью. — Я бы вспомнила группы под названием Morty и Muppets играющих в Торонто.
Мортимер застонал внутри от ужасного названия, а затем повернулся к официантке с облегчением, так как та принесла счет.
— Я думаю, сегодня мы сделали все, что можем, разыскивая крестницу твоего босса, — объявил Мортимер, когда они шли к внедорожнику. — Почему бы нам не принять совет Мэдж и как-нибудь повеселиться?
— Например? — спросила Сэм с любопытством.
Он помолчал с минуту, его мысли работали. По правде говоря, Мортимер чувствовал, что должен работать, но он бы предпочел провести время с Сэм. Ситуация в которой он оказался была в новинку для него. Работа в качестве служителя законам его расы, была центром его жизни в течении длительного времени. Она управляла тем, где и как он проживал, с кем он общался, и… ну, в принципе каждым аспектом его жизни. До сих пор. Теперь он обнаружил, что его чувство долга, сражается с его желанием быть с Сэм, и он боролся. Часть его, ведомая долгом, требовала сосредоточиться на работе, в то время как другая часть утверждала, что он отдал много лет Совету, служа закону, и имеет право немного отдохнуть.