— Этого не может быть, — прокомментировал Оминис.
— Скорее туда! — скомандовал Себастьян, потянув друга за собой.
— Вы оба спятили! — воспротивился Мракс.
Рейвен побежала первой, так как только она видела этот портал. Объяснять что-то змеесту не было времени. Она действовала незамедлительно — скорее спастись, скорее в безопасное место. Взяв друзей за руки, она рванула вперёд. Миг и разрушающаяся лаборатория древней волшебницы исчезла, перед друзьями предстала их родная крипта. Оминис ошарашенно вертел палочкой, не веря своим ощущениям. Уже испытавшие ранее этот миг Рейвен и Себастьян обернулись на картину, которую они собирали по кусочкам триптиха. Их глаза расширились, удивлению не было предела, ведь на картине появилась сама Исидора.
Глава 12. В тени последнего желания
Рейвен долго ворочалась, переворачиваясь то на один бок, то на другой. Сон всё не приходил. Сдавшись после бесконечных попыток заснуть, она поднялась с постели. В комнате было так темно, что ей пришлось на ощупь достать палочку и воспользоваться заклинанием «Люмос», чтобы элементарно найти несчастную свечу. Маленькая искорка пламени зацепилась за тоненькую ниточку и теперь, разгоревшись, подрагивала от каждого движения. Пребывая в одной пижаме, Рейвен покинула спальню для девочек пятого курса. Напротив неё располагалась другая дверь, а рядом с ней цифра шесть. Девушка подумала, что с началом учёбы именно эта комната станет её пристанищем. Двигалась она тихо, шагая мягкими тапочками по полу, обрамлённому узорами тёмного металла.
Большая гостиная встретила её приятной теплотой. В умиротворяющей тишине она услышала, как неподалёку потрескивали дрова в камине. Неужели в такой поздний час здесь был кто-то из парней? Пройдя вперёд, Рейвен с интересом огляделась, надеясь встретить своего возлюбленного. Сейчас ей как никогда хотелось уткнуться ему в плечо и ощутить необходимую поддержку. Но около камина никого не оказалось, и девушка обернулась, чтобы пройти в другую часть помещения, где ученики обычно проводили своё свободное время, занимаясь учёбой, играя в шахматы, похрустывая яблоками или печеньем, обсуждая насущные проблемы или наиболее интересные темы.
Какого было её удивление, когда она заметила Оминиса, стоящего около окна. Парень облокотился о каменную арку точно так же, как в их первую встречу. Рейвен невольно вспомнила, о чём они тогда говорили — о русалках, которые якобы проплывают мимо окон гостиной. Как она узнала позже, именно Анна придумала это развлечение, чтобы посмеяться над первокурсниками, которые потом часами стояли около окон, пытаясь хоть одним глазком увидеть загадочных существ. Сердце юной волшебницы сжалось от мысли, что Оминис даже после ухода проклятой Анны из Хогвартса продолжал эту забаву. Рейвен предположила, что этим он пытался показать, как скучает по ней и как много она для него значит. Даже сейчас он снова стоял около этого злополучного окна. Оминис повернул голову, даже тихий шорох мягких тапочек не ускользнул от его слуха.
— Почему не спишь? — спросил он.
— Не могу уснуть, — ответила Рейвен и подошла к нему.
— А ты?
— Тоже.
— Ты в порядке?
— Не знаю, — пожал он плечами. — Всё это удручает меня.
— Что именно? — она недоумённо взглянула на него.
— Боюсь, мы выпустили зло, и мне жаль, что я вовремя не отговорил тебя от этой затеи.
— Уверяю тебя, всё хорошо, Оминис. Ничего же не случилось такого, чего стоит опасаться.
— Пока не случилось, но ужасаюсь того, что может произойти. Себастьян тоже не видел ничего такого, пока не стало слишком поздно.
— Я не Себастьян, Оминис, — твёрдо заявила Рейвен, понимая, на что он намекает.
— Не встречайся с ней больше. Не зря все её портреты сожгли. Она забирала эмоции у людей и собирала магию в Хранилище.
— Ты думаешь, что я буду делать тоже самое? Серьёзно? — возмущалась девушка. — Я лишь хочу поговорить с тем, кто может понять меня. Кто был такой же, как я.
— Я и Себастьян понимаем, — Мракс смягчился.
— Нет, не понимаете. Эта неизведанная магия во мне пугает. Хочу понять, почему я такая. Почему только я могу видеть и управлять этой магией. Хранители многое скрыли от меня, не давали ответы. Им были важны только их цели. Они побоялись, что могу стать как Исидора, но Боже правый! Я прекрасно владею собой, не безвольное существо, которым можно манипулировать!
— Хорошо, если так, но лишь призываю к осторожности. Я чуть не потерял Себастьяна, не хочу потерять и тебя.
— Спасибо, Оминис. За заботу и поддержку. Это многое для меня значит, хоть я и не говорю об этом вслух.