— Раз уж у тебя вышло, Рейвен, — сказал Себастьян. — Попробуй на мне.
— Ох! — девушка обхватила лицо ладонями.
— У тебя получится, — ободряюще произнёс Оминис, хотя на самом деле он переживал не меньше.
Волшебница вздохнула, выравнивая дыхание. В голове вертелось заклинание, которое она боялась озвучить. Сосредоточившись, Рейвен решилась открыть глаза и поднять палочку на возлюбленного. Она произнесла «Глемур» чётко, выговаривая каждую букву, но не медленно, а достаточно быстро, чтобы заклятие сработало. Глаза Себастьяна вдруг преобразились и стали дымчатыми.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она с тревогой.
— Будто ничего не изменилось. Неужели сработало? — удивлённо спросил Себастьян и поспешил к зеркалу.
Оминис раскрыл рот от изумления и подошёл ближе к другу. Иллюзия продержалась недолго и развеялась. Глаза Сэллоу снова стали карими, а падающий свет от жаровен делал их практически янтарными. Рейвен размяла плечи, протяжно выдохнув. Она понимала, что предстоит много тренироваться, овладеть заклинанием в достаточной степени, чтобы оно продержалось несколько часов. Когда Себастьян смог преобразовать предметы, то подключился к Рейвен, которая отрабатывала заклинание на Оминисе. Иллюзия стала держаться дольше, но девушка быстро устала. Взяв перерыв, они уселись на полу, пробуя различные сладости, припасённые Себастьяном. Шоколадные лягушки прыгали вокруг, синие надувные шары из жвачки «Дубблс» летали над потолком, изо рта ребят вырывалось пламя от перечных чёртиков, они дрожали от мышек-ледышек и летали с после съеденных летучих шипучек. Потом снова стали тренироваться, пока окончательно не вымотались под вечер.
Сон быстро сморил их в мягких кроватях, ведь на следующий день им предстояло долгое путешествие к поместью загадочного семейства Мраксов. Так как из школы нельзя был трансгрессировать, как и пользоваться магией вне её окрестностей будучи несовершеннолетними, за ними прислали карету, запряжённую фестралами. Они ехали невыносимо долго, пролетая высоко среди белых однообразных облаков. Ближе к сумеркам карета стала снижаться, по стеклу забарабанил дождь. Ребята припали к окнам, разглядывая местность. Внизу простирались луга и холмы, небольшие деревни с каменными домиками. Лишь маленькие огни из жилищ говорили о том, что окрестности были обитаемыми. Вскоре карета приземлилась, её тряхнуло, из-за чего ребята резко попадали на свои сидения. Рейвен достала палочку и поспешила наложить иллюзию на Оминиса, скрыв его настоящий цвет глаз на мутные пятна. Казалось, всё стало как раньше и Мракс снова был слеп, но сегодня это был обман. Парень стал нервно перебить край кофты, испытывая тревогу от предстоящей встречи не только со своими родителями, но и старшим братом, который в детстве наложил на него мучительное заклятие, когда он отказался выполнять приказ пытать невинного маггла. Змееуст всем сердцем и душой не хотел сюда возвращаться больше никогда, всегда избегая и стыдясь одержимости своей семьи. Но сегодня ему предстояло посмотреть им прямо в глаза.
Карета остановилась. Кучер спрыгнул, открыл дверь и опустил лестницу. На краю забытого мира, среди мрачных лесов и полей, перед троицей раскинулось захудалое поместье. Его высокие стены, некогда белоснежные, теперь были покрыты вековыми трещинами и мхом. Старинный сад, некогда цветущий, теперь оброс колючими кустами и заброшенными дорожками. Ржавые решётки заборов оказались обвиты плющом, и казалось, будто само время остановилось, заворожённое этим мрачным местом. Двери, скрипящие от старости, распахнулись. Себастьян и Рейвен невольно съёжились под общим зонтом, увидев спускающегося по ветхой лестнице главу дома. Оминис немного опустил голову, как это делал всегда по привычке, когда был слеп, и достал палочку для правдоподобности. Казалось, что среди шума проливного дождя было слышно их учащённое сердцебиение.
— Добро пожаловать домой, Оминис. Ты не сообщал, что прибудешь не один, — произнёс мужчина, над которым левитировал зонт.
— Это мои друзья — Себастьян Сэллоу и Рейвен Кемпбелл, — представил их парень и вытянул руку вперёд, обращая внимание ребят на своего родителя. — Это мой отец, Иратус.