– Прости. – Сочувственно улыбается Скай. – Я не хотела говорить, что встреча с Гарри прошла охренительно отлично, чтобы не бесить и не расстраивать тебя.
Запрокидываю голову назад, громко вздыхая.
Флинн и Скайлер уже вторую неделю осторожничают со мной, будто я умственно отсталая, но исключительно в романтическом плане: не смотрят ромкомы, которые так любит Ройс, не обсуждают парней, даже стараются не слушать музыку – они думают, что так мне будет легче из-за отсутствия Луи, которого, кстати, я сама же и прогнала.
С Томлинсоном мы не общаемся уже одиннадцать дней, из которых три видели друг друга в баре, когда мы с Шеффилд приходили туда после дежурств, но не проронили и слова. Не то, чтобы я искала встречи с Томлинсоном, просто всегда соглашалась пойти в «Ред Тед», когда меня туда звали.
Флинн до сих пор немного обижен на меня, потому что в среду мы пропустили марафон фильмов с Райаном Гослингом. Никто не хотел, чтобы я смотрела «Эту дурацкую любовь», потому что когда я не в духе, начинаю критиковать абсолютно всё, вплоть до уродских туфель парня из массовки, который сидит где-то далеко за Райаном за барной стойкой и еле-еле попадает в кадр.
Винить никого, кроме себя, я не могу. К сожалению.
– Выкладывай. – Требовательно говорит Флинн, ударяя ладонями по столу. – Объятия, поцелуй, секс, петтинг?
– Не считая того, что он пять дней подряд переносил нашу встречу из-за своих дел, всё было очень мило. – Загадочно улыбается Шеффилд. – Он заехал за мной на своём мотоцикле! Вы представляете? Отвёз в кафе, а потом мы прогулялись по ночному Нью-Йорку.
– Боже, – мило протягивает Ройс, – звучит как идеальное свидание для школьников.
– Технически, это было не свидание. – Скай игнорирует все попытки Флинна пошутить, а я усмехаюсь её фразе, потому что до недавнего времени это была я, кто постоянно её говорил. – Он извинился за своё поведение, и мы договорились встретиться ещё раз.
– Ты довольна? – Спрашиваю я, ковыряясь в безвкусном салате из автомата здоровой пищи.
– Наверное да. – Сомнения Скай выдаёт её озадаченный взгляд. – Гарри не гипнотизёр, не аферист и не могильщик. Не хочу думать о наших с ним отношениях, пусть всё идёт своим чередом.
– Это прогресс, солнышко. Ещё месяц назад ты после первого свидания с парнем уже выбирала для вас загородный дом и имя будущего ребёнка.
– Я решила для себя, что буду проще относиться ко всем романам. – Размеренно говорит Скайлер, будто она ведущая мастер-класса про то, как сохранить отношения, которые зашли в тупик. – Просто плыву по течению. Иногда вариант, который ты даже не рассматривал, оказывается тем самым, что тебе так нужен.
– В каком паблике ты это прочитала? – Усмехаюсь я.
– Чёрт знает, утром наткнулась в какой-то группе на Фейсбуке.
– Я так завидую тебе, подруга. – Хнычет Флинн, опуская голову на стол.
– А что с тем парнем из супермаркета?
– Он не знает ни одной песни Бритни Спирс до две тысячи седьмого года, он явно мне не подходит. – Обыденно говорит Ройс, будто это самый очевидный недостаток, который только может существовать.
К чёрту безграмотность, ограниченность, наркоманию и коллекционирование чучел животных – если ты не знаешь песен Бритни Спирс до две тысячи седьмого, тебе суждено провести жизнь в полном одиночестве.
– Ты никогда не думал о том, что у тебя слишком завышенные требования к парням? – Спрашиваю я.
– Парень от двадцати шести до тридцати восьми, рост от ста восьмидесяти пяти, голубоглазый шатен, с волосами на груди, любящий детей, ненавидящий оранжевый цвет, не веган, сторонник демократической партии, с хорошей обувью. Как бонус умение играть на гитаре, готовить и знание итальянского языка. – Без запинки отвечает Флинн, словно готовился к этому вопросу всю свою жизнь.
Грустно усмехаюсь, мысленно переживая день ссоры с Луи снова и снова, придумывая варианты развития событий, где я не молчу как полная идиотка, а Томлинсон не уходит из моей квартиры, громко хлопнув дверью.
– Хейлс, – тихо зовёт Шеффилд, тряся меня за руку. – Ты сама как?
– Нормально. – Пытаюсь улыбнуться, но, наверное, моя улыбка больше похожа на гримасу отвращения. – Правда, всё хорошо.
– Он не звонил тебе?
– Нет, – качаю головой, – но так даже лучше. Может и хорошо, что мы закончили это всё.
– Я всегда поражался твоей способности убеждать себя в том, во что ты не веришь.
– Почему ты ему не позвонила? – Уточняет Скай, как всегда игнорируя комментарии Ройса.
– Я хотела, но это было бы как-то глупо. – Ёрзаю на стуле, потому что вся эта ситуация с Луи заставляет меня нервничать. – «Привет, в прошлый раз я сказала тебе катиться от меня подальше, но на самом деле это не совсем то, что я имела в виду, ах, и кстати, как жизнь? Это Хейли, если ты помнишь такую».
– Не утрируй. – Закатывает глаза Скайлер. – Просто извинись и согласись пойти с ним на свидание.
– Представь, что будет, если я соглашусь пойти с ним, а потом снова испугаюсь и пропаду?
– У тебя всегда слишком много «если». – Цокает Флинн. – Вспомни, как ты согласилась с Луи на секс без обязательств. – Прокручиваю в голове этот момент, словно перематываю фильм на самый лучший фрагмент. – Ты ведь тоже сначала не хотела этого делать и говорила нам, что это идиотская затея, но… - Ройс расставляет руки в сторону, - посмотри, где ты сейчас.
– В полном эмоциональном дерьме. – Шепчу себе под нос я.
– Есть и другой вариант, – подключается Шеффилд, – просто забудь Томлинсона. Выкинь его из головы и живи дальше в четырёх стенах больницы. Знаешь, что помогало мне забывать всех моих парней? – Спрашивает Скай, и я качаю головой. – Классическая музыка.
– Милая, забывать парней тебе помогали антидепрессанты. – Усмехается Флинн.
– Пошёл ты, классическую музыку я тоже слушала. – Пихает Флинна Шеффилд, и мы все смеёмся. – Кларк, – она поворачивается ко мне с улыбкой на лице, – просто реши сама для себя, что тебе нужно. – Скай подмигивает мне и меняет тему разговора, за что я ей безумно благодарна. – Говоря о завтрашнем корпоративе, я даже не решила, что надеть.
С такими красочными событиями в личной жизни я совсем забыла о завтрашней больничной вечеринке.
– Думаю, что остановлюсь на лимонных брюках, черной футболке и черных лакированных туфлях. – Задумчиво произносит Флинн.
Ройс одевается лучше, чем весь медицинский персонал больницы, и иногда мне кажется, что он вообще забытый сын Джона Гальяно, которого оставили в роддоме по ошибке.
Флинн и Скайлер начинают обсуждать весь свой гардероб, вслух описывая варианты для вечеринки, и выглядят они настолько счастливыми, что мне не хочется больше сидеть рядом с ними с унылым выражением лица, хороня нашу недолгую, но интересную историю с Томлинсоном.
– А ты что-нибудь уже выбрала? – Спрашивает Скай, обращаясь ко мне.
– Так, – задумываюсь на несколько секунд, вспоминая, есть ли у меня вообще платья в гардеробе, – закрытое чёрное или серое с декольте?
– А ты планируешь с корпоратива уйти или уехать? – Задаёт вопрос Флинн.
– Думаю, что уехать, но не на метро.
– Тогда определённо с декольте. – Кивает он с таким видом, будто за дверью больницы его уже ждёт Майкл Корс, чтобы уехать в его загородный дом с бассейном и плетёными креслами за несколько тысяч долларов.
Правило Флинна Ройса номер один: чем меньше на тебе одежды, тем больше шанс прокатиться на такси с ветерком бесплатно. И, к счастью, это правило в Нью-Йорке работает (даже для самого Флинна).
На горизонте появляется доктор Миллер, которая с довольным видом подходит к нашему столу.
– Предпочитаете пить яблочный сок, а не спасать жизни? – Спрашивает она, осматривая наш стол. Сьюзен Миллер не оставляет шанса хоть кому-нибудь из нас ответить на её едкие комментарий. – Я с новостями. Плохими или хорошими – решайте сами. – Серьёзно произносит ординатор и переводит взгляд на меня. – Это не точная информация, поэтому я бы на твоём месте, Кларк, не спешила радоваться, но возможно нам грозит серьёзная операция на сердце. Пациент ещё думает, но его анализы в норме, так что, прооперировать мы сможем его в любой момент, если он согласится. Доктору Кейну понравилась твоя работа, поэтому он просил оповестить меня о том, чтобы ты была готова, в случае чего. – Она отталкивается руками от стола, собираясь уходить, и уже через плечо добавляет: - Я бы на твоём месте повторила абсолютно всё, включая трансплантацию.