– Значит, у вас всё серьёзно, да? – Спрашиваю я.
– Глупо загадывать, – пожимает плечами Флинн, – на свадьбе будут костюмы от Тома Форда, но никаких белых фраков, полнейшая безвкусица!
Качаю головой, улыбаясь, и замечаю около входа Скайлер.
– А вот и наша блудница! – Восклицает Ройс, расставляя руки для объятий, в которых крепко сжимает Шеффилд. – Я соскучился по тебе, принцесса, но, надеюсь, Гарри не даёт тебе скучать.
Шеффилд немного смущается, и её щеки покрываются слегка заметным румянцем. Обнимаю подругу, потому что действительно соскучилась. Когда живешь вместе почти два года, расставание даже на короткий срок очень остро ощущается. А ещё мне не хватает Скай потому, что все разговоры о модных показах и о том, в каком ужасе в очередной раз пришли на работу медсёстры, теперь легли на мои плечи, и каждый вечер мне приходится слушать рубрику «модные советы» от Флинна Ройса.
Шеффилд не то, чтобы переехала к Гарри, просто часто остаётся у него ночевать на пару дней. Они проводят вместе столько времени, сколько это возможно, стараясь при этом дать другу личное пространство, и я никогда не видела, чтобы над отношениями так тщательно работали, учитывая все желания друг друга. А ещё я никогда не видела Шеффилд настолько счастливой.
Мы редко говорим о здоровье Гарри прежде всего потому, что никому неприятно поднимать эту тему. Я до сих пор не понимаю, как Скайлер смогла принять эту информацию, она девушка с потрясающей силой воли и выдержкой, но лишний раз затрагивать тему физического состояния Стайлса лучше не стоит. Его здоровье хоть и медленно, но ухудшается, поэтому моменты, проведённые вместе мы стараемся запомнить и отложить в памяти, а не омрачать нравоучениями, напоминаниями о приёме таблеток и сочувствием в сторону Скайлер.
– Колись, сколько раз вы с Гарри занимались сексом? – Интересуется Флинн, когда мы проходим сестринский пост, и Прю, дежурная медсестра, кидает на нас злой и завистливый взгляд. – Да, Прю, – закатывает глаза Ройс, облокачиваясь на стойку информации, – люди занимаются сексом, тебе тоже стоит попробовать, а то ты какая-то напряженная.
– Кларк, к тебе сегодня придёт пациент на обследование. – Шипит Прю, раздавая нам расписание и игнорирую колкие слова Ройса. – Радуйся, Ройс, – ехидно говорит девушка, поправляя очки, и даже я знаю, что такая оправа уже вышла из моды, – у тебя сегодня ринопластика.
Глаза Флинна моментально расширяются, он застывает на месте, слегка приоткрыв рот, и мне кажется, будто он больше никогда не пошевелится.
– Шеффилд, ты сегодня на травмах. – Заканчивает Прю.
– Ну, не везде же мне должно так везти, верно? – Подмигивает мне Скайлер и удаляется в сторону травмпункта.
Ройс всё так же неподвижно стоит, даже не моргая. Наверное, у него случился микроинсульт.
– Святая Мария, – наконец шепчет он, – первая пластическая операция. Это моя первая пластическая операция! – Громче говорит Ройс, поворачиваясь ко мне лицом, и обнимает так крепко, что мои рёбра начинают хрустеть. – Вы слышали? – Он обращается к каким-то интернам, которые проходят мимо сестринского поста. – У меня сегодня первая пластическая операция. Не могу поверить! – Флинн смеётся, запрыгивая на стойку, обнимает шокированную Прю, громко целуя её прямо в очки. – У меня сегодня пластическая операция, сучки! - Напоследок кричит он, радостно размахивая своим расписанием.
Прю провожает Флинна удивлённым взглядом, будто только что увидела, как слон танцует ламбаду прямо у неё дома, напялив её же нижнее бельё.
– Он просто очень давно этого ждал. – Улыбаюсь я, забирая своё расписание.
В три часа ко мне должен прийти Ленни на плановый осмотр. Я не видела его почти месяц, и это самый долгий срок, потому что раньше мы встречались чуть ли не каждую неделю. Операция по пересадке прошла успешно, за полгода не было никаких осложнений, но я предпочитаю осматривать его как можно чаще, чтобы убедиться, что всё в порядке. Каждый раз, когда Ленни приходит в больницу, он рассказывает мне истории про свою новую школу, и мне до ужаса интересно их слушать. Ему пока противопоказаны тяжёлые физические нагрузки, но Ленни часто ходит на настоящие футбольные матчи и немного занимается с тренером. Он рассказывает это с таким восторгом, что мне хочется плакать от счастья.
Миссис Уотерс постоянно благодарит меня со слезами на глазах, когда Ленни убегает из кабинета, но я лишь отвечаю, что это не моя заслуга.
На обеде мы с ребятами встречаемся, занимая столик на улице.
– Я чуть ли оргазм не испытал, когда резал нос!
Флинн в красках описывает подробности операции, а также хвастается тем, что провёл её сам под руководством доктора Даммера.
– Я пыталась отклеить зубной протез. – Непонимающе смотрю на Скай. – У мужчины зубной протез плохо держался на дёснах, и он решил приклеить его суперклеем. – Прикрываю рот рукой, чтобы не рассмеяться. – Я просто не понимаю, откуда столько идиотов?
– Помните, когда к нам привезли женщину с двенадцатидюймовым фаллосом, который застрял у неё в заднице? – Флинн и Скай смеются. – Вот это было действительно страшно.
– А я всегда говорю, не переоценивай свои возможности!
– Так, беспощадное будущее американской медицины, – на горизонте появляется доктор Миллер, и делает она это как всегда неожиданно, пугая нас громким голосом, – кто из вас сейчас свободен? Там девочку привезли, искупалась с гипсом. – Бен Ладен в больничном халате сканирует каждого из нас изучающим взглядом, будто считывает с подсознания всю информацию. – Шеффилд! Давай-ка, помоги бедной девочке.
– Сегодня явно мой день. – Вздыхает она, отталкивая тарелку с сухим салатом в сторону.
Доктор Миллер испаряется, словно по волшебству, и я думаю, что она явно обладает телекинезом. Возможно, под халатом у неё надето неоновое бикини, и сейчас она где-то на Карибах пьёт пина коладу в окружении загорелых мужчин.
Мы плетёмся за Скай за компанию: обеды в больницы всё равно не вкусные, а мне в любом случае идти в сторону кабинета, потому что Ленни приедет через полчаса.
В приёмной стоит испуганная девочка, рядом с ней уставший отец. Рука у неё выглядит и правда хреново: из-под гипса видна краснота и маленькие расчесанные раны.
– Добрый день! – Бесцветно здоровается Скайлер. – На что жалуетесь?
– На то, что бог послал мне дочь. – Бормочет отец, а потом громче добавляет: - Дебби искупалась в реке вместе с гипсом, а потом пыталась вычистить оттуда песок вилкой.
Наступает тишина, мы с Флинном и Скай переглядываемся, а потом Ройс спрашивает:
– А у вашей дочери нет задержек в развитии?
Когда-нибудь Флинна уволят за бестактность.
– Я понимаю, почему вы спрашиваете, но нет. – Отвечает отец, и я издаю еле слышный смешок.
– Ладно, пойдёмте посмотрим, что у вас там. – Выдыхает Шеффилд, уводя за собой девочку с отцом.
Пейджер в кармане пищит, и я сразу понимаю, что Ленни уже ждёт меня. Поднимаюсь на четвёртый этаж, кабинет закрыт, но оттуда доносятся знакомые голоса, и сперва я прихожу в ступор, потому что мне кажется, что один голос явно принадлежит Луи, но когда я открываю дверь, то убеждаюсь в этом: Лени и Луи сидят на больничной кушетке, громко смеясь.
– Привет, доктор Кларк! – Радостно здоровается со мной Ленни.
– Привет. – Улыбаюсь я, и перевожу взгляд на Томлинсона. – А ты что здесь делаешь?
– Хотел сказать тебе, что сегодня в баре концерт, но познакомился с этим парнем на парковке, и мы разговорились. – Луи треплет Ленни по волосам. – Думает, что лучший футбольный клуб – это Реал Мадрид, но ты ещё не видел, как играют Донкастер Роверс.
– Ты ещё не видел, как играю я. – Со знанием дела отвечает Ленни.
– Я смотрю, ты уверен в себе.
– Без этого в современном мире никуда.
– Ты приехал в больницу, чтобы просто позвать меня на концерт, на который я и так приду?
– Да. – Пожимает плечами Томлинсон. – Ещё мне очень захотелось тебя увидеть.