— Единственная в году, — с улыбкой отвечаю я, — когда мы официально не являемся врагами.
— Именно, и раз уж сегодня ночь условного нейтралитета между общинами ровно на сутки то, думаю, что нам можно переступить черту. Но проблема в том, Эванс, — Малик сжимает мою ладонь и переплетает наши пальцы, — что если я переступлю эту черту, то не собираюсь возвращаться обратно.
Сейчас мне всё кажется до невозможности правильным. Даже если весь мир нас не простит, я готова переступить через все правила на свете. Я небо готова разбить, лишь бы навсегда остаться в этом мгновении, в теплых объятиях Зейна, чувствовать его руки на своем теле и вдыхать парфюм с нотками кедра.
— Я тоже, — едва слышно шепчу я в ответ.
Громкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Дверная ручка дергается несколько раз, прежде чем я слышу голос Пейдж:
— Скай, Жаннет сказала мне, что ты пошла в свою комнату. Ты очень нужна мне, могла бы ты спуститься?
Тяжело вздохнув, Зейн прикрывает глаза и прислоняется своим лбом к моему.
— Не отвечай, — шепотом просит он.
— Я должна, — не без сожаления шепчу я в ответ. — Сегодняшняя ночь особенная для Пейдж, это ее любимый день в году. И мне надо рассказать ей о том, что Гарри внес сбор за Хэллоуин от лица Каппы, пока она не наделала глупостей.
Протянув руки, обнимаю парня, смыкая пальцы за его спиной, и понимаю, что совершенно не желаю отпускать Зейна. Прикрываю веки и утыкаюсь носом в его шею, вдыхая аромат парфюма, который заставляет мою голову кружиться.
— Скайлер, — тихо произносит он, то ли умоляя, то ли проклиная меня.
— Знаю, что была резкой с тобой, — слышу, как Харрис прислоняется к двери, — но ты знаешь, как для нас важен этот день. Мы планировали его весь год вместе, и я даже не представляю, как всё провернуть без тебя. Точнее, без тебя всё будет совсем не так, пожалуйста, Скай.
Вспоминаю, как мы с Пейдж действительно планировали этот день вплоть до самых мелочей, даже на летних каникулах мы созванивались, чтобы обсудить новые идеи. Тогда между нами всё было хорошо, без глупых ссор.
— Спущусь через пару минут, — отвечаю я подруге, а Зейн со вздохом прислоняется лбом к моему плечу, а затем и вовсе откидывается на спину. — Прости, — шепчу я, — встретимся на улице среди ночи. Я буду в чёрной толстовке с капюшоном.
— Как и все в кампусе.
— Тогда никто не обратит на нас внимание, правда? — с улыбкой спрашиваю я.
========== Часть 11 ==========
— Что у тебя там такого срочного? — спрашиваю я у Пейдж, открывая дверь в её комнату.
Увидев на подруге толстовку, темные спортивные штаны и найки, выдаю смешок, потому что слишком уж непривычно видеть Харрис не на шпильках и наряженной в узкое платье, а в спортивной экипировке.
— Закрой дверь, — шепчет она в ответ, натягивая капюшон на голову. — У меня план века! — Пейдж хлопает в ладоши и присаживается на белый пуфик перед зеркалом.
— Почему мне внезапно стало страшно? — усмехнувшись, плюхаюсь на застеленную покрывалом кровать и, натянув рукава на кисти рук, наслаждаюсь мягкой флисовой тканью толстовки.
— На сегодняшнюю ночь помимо того, что нам нужно разукрасить воду в бассейне и облить медом все ручки в кампусе, — сняв капюшон, подруга вглядывается в своё отражение и берёт с поверхности светлого трюмо расческу, чтобы расчесать рыжие локоны, — нам придется провернуть кое-что в действительности масштабное.
— Хочешь убить Хорана? — улыбнувшись, мечтательно спрашиваю я, глядя в потолок.
Хочу, чтобы побыстрее началась операция по приготовлению розыгрышей, потому что не могу избавиться от мыслей о том, что скоро я вновь встречусь с Маликом, и от этого моя улыбка становится ещё шире, и я уверена, ещё дебильнее.
— Завтра общины рассылают официальные приглашения вступившим. Мы их подменим, и в устрицу вступят настоящие ботаники и отшельники.
— Ребята извинятся перед этими парнями и позже разошлют настоящие приглашения, — пожимаю плечами. — В чём смысл?
— Смысл в обманном манёвре. Так мы отвлечём Стайлса от эпицентра беды. Кто знает, — отложив расческу, Харрис берется за тюбик прозрачного блеска, — может, завтра он уже не будет не только президентом Сигмы, но и вообще студентом.
Эта фраза звучит как выстрел. Приподнявшись на локтях, с испугом смотрю на подругу.
— Прежде чем ты озвучишь свой коварный план, ты должна знать, что Гарри не причастен к вечеринке в честь Хэллоуина…
— Ну конечно, — фыркнув, Пейдж проводит кисточкой по губам, оставляя на них блестящую дорожку.
— Просто выслушай меня внимательно, хорошо? — сев на кровати, выставляю ладони вперед и ощущаю себя переговорщиком, а Харрис сейчас в роли террориста на борту самолета.
— Гарри этого не делал, это всё дело рук сплетницы. У неё есть кое-что на него, в общем, — отмахиваюсь, — это не важно. Важно то, что Стайлс внёс деньги в фонд пожертвования от лица Каппы.
Пейдж замирает, и я вижу, как напрягаются мышцы её спины. Она медленно поворачивается, и в серых глазах цвета меди читается неприкрытое недоверие.
— Просто поверь мне на слово, пожалуйста.
— Зачем сплетнице делать это? И с чего бы вдруг дебилу-Стайлсу врубать мать милосердия и помогать нам?
— Сплетница знает, что мы её ищем, она хочет поссорить нас, Пейдж. Сигма и половины плохого из того, что было, не делала.
— И что у нее есть на Гарри?
Не думаю, что могу рассказывать о той фотографии и как Гарри беспокоится о том, что это пойдет в его личное дело и тем более, если эта история дойдет до его отца. Не знаю, что будет делать с этой информацией Пейдж, поэтому просто опускаю взгляд, снимая невидимые пылинки с мягкой ткани своих спортивных штанов.
— Отлично, — усмехнувшись, Харрис потирает подбородок, — ты не доверяешь мне?
— Доверяю, но это не мой секрет.
— Хорошо. Ты своими глазами видела подтверждение того, что Гарри внес эти деньги от нашего имени?
— Ну, нет, — пожав плечами, перевожу взгляд на свои пальцы, которые вспотели от волнения. — Но ты сама можешь убедиться в этом завтра утром в регистратуре.
— Это тебе Гарри так сказал? — после того как я киваю, подруга хмыкает. — Милая, я знаю, что ты всегда предпочитаешь видеть в людях только хорошее. Стайлс запудрил тебе мозги, и всё, что он сказал насчет фонда — вранье, завтра ты сама в этом убедишься. Он просто-напросто перестраховался, чтобы сегодня мы ничего не предприняли.
— Что ты задумала, Пейдж? — с бьющимся сердцем спрашиваю я, двигаясь ближе к краю кровати.
Вздохнув, подруга поднимается со своего места, чтобы присесть рядом со мной.
— Ты моя лучшая подруга, Скай, но я уже не знаю, могу ли доверять тебе, — вскинув брови, она внимательно вглядывается в мои глаза. — Ведь могу?
Честно? Уже не знаю. Не знаю, доверяю ли я сама себе, не то что кому-то.
— Послушай, — протянув руку, она сжимает мою ладонь и посылает мягкую улыбку. — Я вижу, что ты запуталась. Но мы дружим уже не один год, Скайлер, и я ни разу не подводила тебя. Порой я бываю резкой, но меня обязывает статус. Я всегда действую в интересах нашего сестринства. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты мне доверилась. Твоё мнение о мальчиках из Сигмы поменялось за пару дней, но перед этим были годы войны с ними.
Ощущаю собственное бессилие и не в силах ничего сказать, я просто киваю.
— Скажу сразу, я не верю ни единому слову, что слетают с губ Стайлса и его подпевал. Они сделали нам очень много плохого. Это же Гарри, Скай, ты помнишь? Стайлс, который ненавидел само наше существование. Он не упускал возможности опозорить нас при любом удобном случае. Он неоднократно нарушал правила, и сегодня мы сделаем то же самое.
— Что именно ты хочешь сделать?
— Флаг, который Сигма каждый год вывешивает у главного корпуса. Мы снимем их на видео и пошлем декану, посмотрим, что он с ними сделает. Как минимум, Стайлса лишат членства в клубе.
Эта информация выплескивается на мою голову как ведро холодной воды. Гарри будет там не один, он будет там с Зейном, но если даже он был бы один, после того, как он поступил с фондом — это несправедливо.