Чего и следовало ожидать. Зейн оказался еще более опасным, чем я предполагала. Конечно, та прошлая встреча в клубе, его вид, татуировки, наводили меня на мысль, что это компания, где Зейн — главный, замешана в чем — то темном, да и сами парни не слишком добренькие. Но сейчас я полностью в этом убедилась. Где — то в груди медленно начинает просыпаться страх. Я не хочу вляпаться в очередную историю, поэтому следующим моим шагом будет, выгнать этого брюнета за дверь и сказать, чтобы он забыл дорогу к этому дому.
— Я пойду поставлю чайник. Тебе нужен горячий чай, — говорю я, прижимая книгу к себе, иду на кухню. И какого черта я делаю?! Я должна была его выпроводить, а вместо этого предлагаю чай. Со мной явно что-то не так.
Ставлю чайник и понимаю, что Зейну придется остаться здесь на ночь. Дождь за окном только набирает обороты, к тому же его одежда еще не высохла. Мне придется терпеть его в своей квартире еще минимум восемь часов. Иногда доброта может пойти против тебя. Но уж если начала быть гостеприимной, то будь до конца.
Иду в ванную за аптечкой и возвращаюсь в гостиную. Зейн уже переоделся и спокойно стоял у окна. Со спины и при таком тусклом освещении он выглядит таким спокойным, но за то недолгое время, что мы знакомы, я знаю, что Зейн таким быть не может. Это очередная ловушка.
— Похоже, мне придется остаться на ночь, — говорит Зейн, поворачиваясь ко мне.
— Да, я знаю, — отвечаю я, садясь на диван и ожидая, когда парень сядет рядом. Он удивленно поднимает брови. Думал, что я сейчас вступлю с ним в полемику, чтобы он уходил. Я бы так и сделала, будь дождь чуть — чуть слабее. — Покажи руки, — говорю я, когда Зейн садится на другой край дивана.
— Зачем? — он хмурится, пряча руки за спиной.
— Просто покажи и не задавай глупых вопросов, — говорю я и смотрю на него недовольным взглядом. После нескольких секунд зрительного контакта Зейн устало вздыхает и показывает руки.
Я придвигаюсь к парню и беру его правую ладонь в свои руки. Он заметно напрягается и пытается вырваться, но я крепко его держу. Ведет себя, как ребенок. Я просто хочу обработать раны.
— Расслабься, я не собираюсь оторвать тебе руку, — шучу я, но по каменному лицу Зейна, понимаю, что шутка не удалась. Опускаю голову и сосредотачиваюсь на его руке. Крови больше нет, только ярко-красные рубцы на костяшках.
Смачиваю вату в перекиси и осторожно протираю раны. Зейн недовольно шипит и пытается вырвать руку, но я еще сильнее сжимаю ее и улыбаюсь. Зейн, конечно, не мой враг, я бы не стала специально делать ему больно, но смотреть на то, как его это раздражает — дорогого стоит. Продолжаю обрабатывать рубцы и слабо дую на руку. Заканчиваю и буквально чувствую взгляд Зейна на себе. Поднимаю голову и смотрю ему в глаза. В полумраке я вижу в его глазах только темноту, как тогда, в клубе. Тогда я чувствовала неописуемый страх. Его взгляд был полон чем-то зловещим. Взгляд скрытого хищника, который нападает тогда, когда ты совсем не ждешь, и не оставляет тебе шанса на выживание. Сейчас я тоже боюсь, но уже не так. Это не страх за жизнь. Это страх перед неизвестностью, я совершенно не знаю, что он будет делать дальше. И то, что он делает дальше приводит меня в полнейшее замешательство. Зейн легко сжимает мою руку, отчего по моему телу проходит мурашки, хотя его ладонь очень теплая. Я совершенно сбита с толку. Что это значит? Как мне на это реагировать?
Самое большее, на что способны мои мозги, это вырвать руку, и взяв аптечку, быстро уйти в ванную. Голова идет кругом, и скорее всего это от недосыпа. Надо срочно вернуть в постель.
Приношу Зейну чашку чая и постельное белье, при этом не сказав ни слова. Надеюсь, он сам во всем разберется.
— Можешь прийти завтра за деньгами, — говорит Зейн, когда я уже собиралась уходить из гостиной.
— Хорошо, — говорю я, пытаясь скрыть улыбку и сделать тон серьезнее.
Захожу в комнату и падаю на кровать, укутываясь в одеяло. Самая серьезная проблема решилась, но на душе легче не стало. Что-то гложет меня, и я даже знаю что именно, но я не хочу об этом думать. Хотя кое- кто этому мешает.
Слышу, как дверь открывается с тихим щелчком. Стараюсь притвориться спящей, хотя это всегда плохо у меня получалось.
Через секунду кровать проседает рядом со мной, и я напрягаюсь. Что ему нужно?
— Спокойно ночи, Эви, — шепчет Зейн, и чувствую, как его рука нежно гладит прядь моих волос. На секунду мне становится приятно, а потом я прихожу в замешательство. Но в следующую секунду Зейн встает и быстро выходит из комнаты. Я все — таки легко улыбаюсь. Он впервые произнес мое имя с такой мягкостью, что на душе стало тепло и спокойно. Я медленно погружаюсь в сон, понимая отдаленно, что завтра в моей жизни появится еще больше проблем.