Он хотел добавить «не сидел бы сейчас тут», но осекся. Такая жизнь была в сотни раз лучше той, что ждала его в Чистилище. В конце концов, чего жаловаться-то? Лина добрая, отнюдь не провинциальная девка, но и не избалованная терранская стерва, которые попадались Вику в то время, пока он жил у Льюиса. Обычная двадцатипятилетняя девушка, со своими странностями, увлечениями, еще не выветрившимся из головы детским романтизмом. Еще не испорченная этими странными штуками, которые люди называют имплантами, но уже поступившая в Академию Криптоксенозоологии, к чему ее подтолкнуло именно общение с Виком. По мере возможности помогающая ему заниматься сваленными на него домашними делами, много рассказывающая про Терру, людей и освоение космоса, возможно потому, что особенно говорить то на этой планете не о чем, разве что о постоянных пылевых бурях.
— Знаю, знаю… — она прижалась к нему. — Ты бы не был, как ни крути, а все равно рабом… Но тогда бы тебя убили, Вик.
— Лина, твой отец большой человек, его уважают и любят. Неужели он не может сделать получше жизнь таких, как мы. Ну хотя бы убрать с улиц этих подонков, что убивают моих сородичей. Ведь в любой момент, на месте погибшего могу оказаться и я.
— Не может. — Лина опустила голову, стараясь не смотреть в глаза Вику. — Законы пишет не он, он следит за их исполнением. А на вас законы не распространяются. Ладно, пошли позавтракаем. Эти разговоры тут вести совершенно ни к чему. И я, и ты, понимаем, что не стоит дразнить провидение, мало ли что оно выкинет.
Отец и мать Лины еще спали, а потому кухня была полностью в их распоряжении. Девушка успела уже кое-что приготовить, явно не желая чтобы о еде беспокоился биодрон. Это объяснялось двумя причинами. Никто не хотел по ходу обеда или ужина вытаскивать из салатов и каш шерстинки, ну а потом готовить Вик просто не умел.
— Вчера по виокрону говорили, что на Марсе недовольны деятельностью Президента Тиадара. Сенат считает, что результативность работ по освоению планеты могла бы быть выше. — возясь с творожной запеканкой рассказала Лина. — Глупые. Пожили бы они тут с годик, посмотрим как запели бы. Ни погоды нормальной, ни воздуха… то твари из пещер нападают, то землетрясения.
— Да, к сожалению, так бывает очень часто. Люди не могут понять, как и кто живет, пока не окажутся на его месте. — сказано было с явным укором, но Лина этого или не заметила, или решила не обращать внимания.
— Ты сегодня невеселый совсем. — обеспокоенно сказала она. — Случилось что-то?
— Да нет. Просто мысли о сути бытия в голову лезут. — Вик ковырял вилкой в мясном салате. — А это не всегда приятно.
— Бывает. — согласилась Лина. — Иногда как накатит, так хоть волком вой. Кстати, я вчера разговаривала с отцом насчет тебя…
— По поводу?
— Я хочу чтобы он попытался выбить тебе гражданство. Настоящее, как у людей. Меня даже мама поддержала, но пока все мои увещевания пошли прахом.
— Спасибо, конечно… — растерянно произнес Вик. — Но… хм, даже не знаю что и сказать… Что мне делать с гражданством? Говорят, у вас существует система при которой гражданин обязан иметь работу и отслужить в ВКС. А как быть со мной в этом случае…
— Это все чепуха. Главное, ты сможешь пойти учится, а еще я смогу официально оформить сожительство с тобой. Не тут, а где-нибудь далеко отсюда, скажем на Терре…
— Но я не могу жить на Терре. — неловко замявшись поправил ее Вик. — Те биодроны, которых попытались вывести с планеты погибали.
— Лап, да это же неважно, пойми… — Лина подошла к нему ближе и запустив руки в мягкие волосы принялась чесать его под ушами. — Ты станешь полноценным гражданином, твои права станут обязательны к соблюдению, тебя не смогут остановить на улице, приказать сделать что-то, или безнаказанно избить.
От таких вот ее прикосновений ему всегда становилось не по себе. Одновременно и тоскливо и очень хорошо. Он не знал как к этому относится. Ведь между ними, человеком и биодроном, не могло быть ничего общего. Но тем не менее, это невероятное событие произошло… Она приняла его, а он ответил ей взаимностью просто потому, что другого выхода ему не оставалось. Поначалу. А сейчас и она и он были свободны в своем выборе, но никто не желал менять сложившийся ход вещей. Невероятно для биодрона, для людей, скорее всего, просто дико… но шутница судьба не шла на компромиссы.
Он часто задумывался над тем, какое будущее ждет их. Вряд ли безоблачное и светлое. В этом мире, несправедливом и жестоком, нету места тем, кто отрицает неумолимую рациональность, доверяя своим чувствам. Вик это уже понял за то время, пока жил в доме мэра, становясь невольным свидетелем принятия множества решений, базирующихся, несомненно, на законах людей, но отнюдь не на законах совести. Когда биодрон пытался заговорить об этом с Линой, она лишь разводила руками, словно говоря, что, мол: «такова жизнь».