Генерал был абсолютно не удивлен.
— Как только вы станете губернатором, нам необходимо будет ваше содействие в одном вопросе.
— Понимаю. А если я откажусь? — сразу постарался взять быка за рога Итори, понимая, что лучше сразу наметить пути к отступлению.
— Ничего страшного, — улыбнулся Хосс, присаживаясь на соседнее кресло. — Мы просто найдем другого генерал-губернатора, а вы поедете в отпуск, на время проведения операции. Так что, вы ничем не рискуете.
— Хорошо. Я учту это. — Итори устроился поудобнее, ожидая услышать от Хосса действительно интересную историю. — Я само внимание, рассказывайте.
— Итак, сорок лет назад мы впервые поняли, что всплески активности планетарного биополя соразмерны нашему вмешательству в жизнь Тиадара. Это было не так заметно поначалу. До того момента, как ученые генетики не создали биодронов.
— Опять все возвращается к этим существам. — перебил Хосса генерал. — Мериен Грейт утверждала, что она синтезировала двойную ДНК для какого-то оборонного проекта.
— Чушь. В нее поверили только те, кто не имеет к исследованию Тиадара никакого отношения. — Хосс сделал знак рукой и на экране проектора побежали объемные фотографии лабораторий, в которых на столах лежали мертвые пещерные животные, а вокруг толпились десятки ученых. — Мы время от времени захватывали образцы местной живности и проводили подробный анализ. У многих из них две двойных спирали. Еще тридцать восемь лет назад мы знали, что ген биодронов не синтезирован, а взят с останков реально существовавшей разумной формы жизни, населявшей эту планету. Первые подозрения в том, что планета есть ни что иное, как громадный органический процессор у нас возникли тогда, когда мы принялись устанавливать первые генераторы поля подавления. Именно в те дни начались не прекращающиеся и по сей день атаки подземных существ на наши города. Планета всерьез расценила наши действия как угрозу своему существованию и начала бороться.
Итори задумчиво всматривался в экран, на котором сменяя друг друга возникали картины давно прошедших времен. Вот, только что началось строительства Периметра вокруг Либертауна, вот группы колонистов едут осваивать пустыню, выбирая место для нового города… Вот солдаты запечатлели себя на фоне убитого краба, облепленного длинными шершавыми хоботами. В словах Хосса было зерно истины. Становилось противно лишь от одного чувства. Что все это время Орден тихо и незаметно вел на Тиадаре свою игру, о которой никто даже не подозревал.
— Мы решили дальше работать с биодронами. — продолжил Марен Хосс. — Шестнадцать лет назад мы убедили Совет Марса отклонить этот проект как программу разработки супер-солдат. Биодроны не нужны были как воины, тем более, что покидать пределы планетарного биополя они не могли. Они должны были стать ключом к тайне Тиадара. И они им стали. Мы разработали специальную программу законов, которая лишала бы их всех прав. Мы сделали их жизнь как можно более невыносимой.
— Зачем? — недоуменно приподнял брови генерал. — Тем более вы же знали, что они разумные живые существа.
— Чтобы заставить их копить в себе заряд. Биоэнергетический заряд, который должен был расшатать ноосферу планеты, — объяснил Хосс. — Поэтому, мы спокойно выжидали время, позволяя Штайеру возится со своими бестолковыми, до последнего времени, разработками, а Грейт нянчится с ее биодронами.
— То есть, заявление Грейт по новостным каналам не было для вас неожиданностью? — удивился Итори.
— Было, — признался Хосс. — Но совет альфа-координаторов пришел к выводу, что Грейт упростит нам задачу. Поэтому мы спокойно пропустили материал в эфир. Не она рассказала бы об этом, так мы в свое время поступили бы так же. Нам нужен был предлог для отключения поля подавления и мы его получили. А потом, произошла псионная буря. И вот тут мы получили ответ на свой вопрос.
— На какой же? — поинтересовался Итори. — Вы ведь не зря начали нашу беседу с разговора об органотехнологиях.
— Разумеется. Эти управляемые эволюционарные мутации, происходящие в крайне короткие сроки, не может реализовать просто единая биосфера. На Терре для таких изменений потребовались сотни тысяч лет, а здесь эволюция происходит скачкообразно. Чтобы производить такое, ноосфере нужен центр. Мощный, информационный центр, обладающий достаточной псионной силой для изменения ДНК — как бы противоестественно это не звучало бы. И мы получили косвенные доказательства его существования. Он, постоянно прощупывающий ноосферу планеты, сильнее всего отреагировал на импульс, порожденный сознанием биодронов.