Вик неуверенно фыркнул:
— Я не умею этого делать.
— Да брось, ты же сейчас можешь различить по биохимическому составу крови людей даже если они находятся за несколько десятков метров за пласталевыми и симбионтными перегородками. Не возражай, я же был у тебя в сознании когда отключал нейроконтроллер и могу с уверенностью сказать, я завидовал тем возможностям, которые в тебя вложила матушка-природа.
— Ну хорошо, допустим… — кивнул Вик. — В чем моя цель?
— Как это не странно звучит, просто определять людей и… немного потерпеть, потому что через тебя я отдам приказ на удар по их болевым центрам. Должно сработать, потому что у тебя многие болевые точки находятся не там же, где и у нас и на тебе это не скажется.
Рэнд потрепал по загривку сразу сникшего Вика.
— Ладно, не вешай нос… Зато выберемся наружу, глядишь, я тебе еще чем-нибудь помогу. Ты же ведь не хочешь, чтобы твоих сородичей сегодня перестреляли в городском Чистилище? Нет.
Этот аргумент стал для Вика решающим. В последние дни у него было предостаточно времен на раздумья. Подчас неприятные, но необходимые. Что он будет делать, если выживет? Куда пойдет? Что вообще может готовить для него будущее? И хотя выходов было немного, Вик понял, что они все-таки есть. ведь говорила же тогда по виокронам Грейт о пещерах, где скрыты древние городища шитвани. Ведь именно туда хотели проникнуть и бежавшие из города биодроны. Значит там можно жить, ну или по крайней мере, есть шанс умереть своей смертью, а не под пулями или от коллапса нервной системы. А значит цель обрисовалась точно, открытым оставался удастся уговорить Рэнда помочь запертым в Чистилище соплеменникам Вика. Большего шитвани не хотел, но не представлял, что он будет чувствовать, зная, что в этот момент в городе уничтожают всех тех, кто был с ним одной крови, а он ничего не сделал для того, чтобы это предотвратить, в данный момент являясь единственным неподконтрольным людям биодроном.
— Вижу, ты согласен. Тогда скидывай матрас с кровати, он нам пригодится. — приказал Рэнд. — Если будешь делать что я говорю, то мы останемся живы. Понял?
Вик послушно кивнул и скинул одеяло с железной койки.
Гудение автоматики и хлопок выпускаемого шлюзом сжатого воздуха раздался в девятом часу нового цикла. По охраннику можно было часы сверять. Полицейский распахнул дверь и замер в нерешительности. Камера была пуста. Пальцы уже потянулись к включившемуся волновому пистолету, левая рука нырнула в карман комбинезона за комлинком, а два термоса с едой просто отправились на пол. Зафиксировав что-то непредвиденное, сопровождавший охранника патрульный дроид семеня всеми шестью железными лапами вошел в комнату и в тот же момент сверху на него упал толстый матрас, накрывший визоры и тонкую антенну сканера.
Рэнд выскочил из-за угла, ударом руки в не защищенное легкой броней лицо сбив охранника с ног. Вик, стоявший на верхнем ярусе придвинутой к стене кровати спрыгнул вниз и выскользнув в коридор следом за Рэндом, помог ему впихнуть охранника в камеру, к нелепо перебиравшему лапами дроиду и захлопнуть за ним шлюз.
— Так, теперь к выходу. Следи за людьми, комлинк мне отобрать не удалось, это чудо в камере сейчас тревогу поднимет… — разочарованно сказал Рэнд, снимая блокировку с аккумулятора пистолета. — Все, пошли… У нас минут десять на все про все.
Вик не мог бежать, но старался иди как можно быстрее, Рэнду приходилось подстраиваться под него. Он чувствовал то, что разум контрабандиста подключился к его сознанию и чувствовал себя не очень уютно. Отчего-то, как раз не ко времени, в голову лезли воспоминания о проведенных с Линой ночах. Впереди, одна за другой сквозь серые рубленные квадраты стен стали проступать синевато-серые и желтоватые силуэты людей, которых Вик чувствовал при помощи рецепторов, расположенных в кисточке на хвосте, а смутные, пульсирующие волны чужих мыслей он различил из-за волнения синих огоньков. Примерно в этот момент включилась надсадно взвывшая сирена, цвет силуэтов сменился на оранжевый и бледно красный и они стали появляться из густого тумана, все новые и новые, стягиваясь к лестнице в подвал.
— Вик… готовься. — предупредил Рэнд в тот момент, когда шитвани уже обычным зрением разглядел сбегающего по ступеням полицейского.
Было больно. Наверное, почти так же больно, как и в ту страшную для Вика ночь. Шитвани обеими руками вцепился в стену, медленно сползая по ней и чувствуя, как сумрак обволакивает цепляющееся за жизнь сознание. Со стороны лестницы и холла в воздух ударил яростный вопль десятков голосов, Вик видел, как одно за другим расплывчатые красные и рыжие пятна становились фиолетовыми и съеживались, падая на пол.