Группа Дайна из шестнадцати человек, прикрывая друг друга, короткими перебежками спустилась от внешней лестнице к ведущим в низ серво-лифтам, Несколько бойцов взяли под прицел промежуточные лестничные пролеты, двое вызвали лифты наверх и заблокировали двери, на тот случай если платформы снова попробуют отозвать на нижний этаж.
— Живее, живее, пошевеливайтесь! — подгонял солдат старый усатый капрал. — Лифты занять, вторая группа выдвигается вниз.
Семь солдат в тяжелых экзоскелетах, в которых было тяжело не то что бежать, а даже ходить, нагруженные крупнокалиберным вооружением спустились на несколько пролетов вниз, постоянно проверяя показатели сканеров мозговой и нервной активности на визорах шлемов.
— Здесь они, — тихо, почти шепотом произнес по внутренней связи один из бойцов. — Внизу. Сидят тихо и смирно. Ждут наверное.
Рой Клаус на поверхности получил это сообщение почти сразу же. Все складывалось лучше некуда. Вполне разумные биодроны предполагали, что начнется обстрел и заползли в самое укромное место, туда, откуда они и выбрались. Это развязывало руки солдатам и Клаус не хотел упускать возможности.
— Майронс! — стараясь перекричать грохот подъезжающего транспортера с еще одной группой людей рявкнул Клаус в комлинк, — Давай, подкатывай свой аэротоксикатор.
Там, внутри, замкнутое помещение, без вентиляций и озонаторов воздуха. Несложно трансформировать внутренний воздух в помещении в концентрированный газ, чтобы полностью наполнить подземный ангар, забитый биодронами, а потом только заходить и выволакивать трупы. Химики из бригады Майронса Леви уже доставали из подвезенного на транспортере полусферического контейнера капсулы с газом и переносили вниз, в подземелье оцепленное солдатами.
— Клаус, капсулы будем детонировать с поверхности, — сообщил подошедший Майронс. — Я своих ребят внутрь не пошлю, черта с два.
— Хорошо. Как установить, сообщите.
Еще пять минут, не больше. Капсулы не имеет смысла забрасывать непосредственно в зал с биодронами. Хватит и того, что входной шлюз будет герметично закрыт, а лифты отключены. У запертых внутри не будет времени для того, чтобы выбраться наружу.
Разведгруппа покинула ангар, закрывая за собой входной шлюз и сразу заваривая его гальваническим резаком. Подразделение Билла Райвинга прибыло чуть раньше, доложив, что в казармах нет ничего кроме трупов расстрелянных прямо в постелях солдат и пустой оружейной комнаты, откуда биодроны выволокли все подчистую.
— Сержант, у них сейчас почти сотня единиц оружия, в том числе тяжелое. — подытожил Райвинг. — Гранаты, мины… в общем, осторожнее надо быть.
— Я знаю, капрал. — Клаус смотрел как завершается заварка ангарного шлюза. — Но мы контролируем ситуацию.
Майронс активировал детонаторы на газовых капсулах и было видно, как за полупрозрачными пласталевыми окнами надземной части внутреннего комплекса заклубился синеватый туман. В первые мгновения едва заметный, блеклый, но потом все больше наливающейся ядовитой синевой и густеющий на глазах.
— Всем группам, приготовится к штурму, — приказал Клаус. — Активировать замкнутые дыхательные системы и фильтры воздуха. Если внизу и останутся живые, добьем их.
Три роты космического десанта выделенные для зачистки резервации биодронов рассредоточились вокруг уходящей в темноту лестницы ожидая условного сигнала. С момента распыления био-терминационной смеси прошло уже около пяти минут и каким бы крепким ни был организм, она уже должна была полностью поразить нервные центры, мозг и мышечную систему. Такой газ применялся военными редко и имел комплексное назначение, однако, как посчитало командование, рисковать жизнями солдат в подобной ситуации не стоило и применение химического оружия было полностью оправдано.