Сейчас он сидел и смотрел в окно на странное пространство внутри планеты, где вместо ядра светит удивительное и по-своему живое синее солнце, которое местные называют Сердцем. Вокруг летают эти серебристо-голубые искорки, проходят сквозь стены и уносятся прочь, к уже порядком позабытой поверхности. Когда же он в первый раз их увидел? Най напряг память, но уже не смог вспомнить. Давно. Очень давно. Они кружились вокруг него, сопровождали его, вели его, и наконец, привели сюда…
Все бы ничего, но вот Рит… Най глубоко вздохнул, положив мордочку на подоконник. Ну зачем ты прыгнул, а? Вот так вот просто взяв и перечеркнув все. Себя было не жалко, так хоть бы обо мне подумал… Ведь я как-никак…
На этом мысли остановились, хотя и требовали своего логического продолжения.
Та встреча на станции людей, ведь все началось с нее. Прикосновения, проникновение в жизнь другого существа, когда ты воспринимаешь все, что пережил он с такой же долей достоверности, будто сам сидишь в его теле. Так разве и должно быть? Най сомневался. Это что-то уникальное, из ряда вон выходящее. Знак. Знак того, что… как там говорил сам Рит? Знак родства душ. Знак того, что два существа, а может быть и более чем двое, предназначены друг для друга. Если это так, то легче совсем не стало, наоборот, Най почувствовал, как на сердце опять повисает тяжелый камень осознания потери. Тех, кто шел по жизни вместе с ним, Най терял и раньше. Чистилище такое место, где потери случаются каждый день. Но сейчас все по-другому. Совсем иначе, не так как было раньше… Наверное, ему стоит быть счастливым. Он нашел этот мир, мир принял его и теперь впереди маячит надежда на то, что мир примет и тех, кто последует за Наем. Но ведь их надо сюда еще привести. Надо объяснить им, что тут, в недрах Тиадара лежит их надежда на свободную жизнь… И ведь все равно еще остаются люди, которые наверняка пойдут следом… Как все это сделать одному? Най не знал. Там в пещерах, когда было тяжело, Най знал, что есть тот, кто поддержит и если будет очень надо, то всегда будет рядом в нужную минуту. А сейчас он остался один. Приходилось признаться себе, что к Риту он привязался. Настолько сильно, насколько это возможно. Сначала эта привязанность обуславливалась недостатком общения и необходимостью иметь возможность выговориться кому-то, не принадлежавшему роду людей. А вот потом… Началось это в тот день, когда они попали в пещеры и остановились на отдых возле воздушного океана. В тот момент, когда они, обвив друг друга длинными хвостами спали, видя сны каждый о своем. Рит, в первое время не желавший возвращаться назад, но потом, видимо, слишком испугавшийся подземных ужасов, видел какие-то одному известные миры, а вот Най… Най видел во сне его. Это было несколько странным, но вероятно ментальный сигнал Рита оказался куда сильнее сигнала Ная и невольно проецировал ему в сознание его образ.
Най снова и снова прокручивал в памяти момент рокового прыжка. Неужели Рит поверил словам этого шамана? Вряд ли. Его подтолкнуло к краю пропасти то, что он сам видел, хотя и не признался в том, что вообще у него были какие-то видения. Да, наверняка причина именно в них… Рит был более впечатлительным, чем Най, всегда все воспринимал более серьезно. Насмотревшись на то, что происходит на поверхности, он так не хотел туда возвращаться, но затем всякие пещерные ужасы сделали свое дело, и Наю казалось, будто последнее время Рит шел вперед уже через силу, просто следуя за ведущим его Наем. Най поддерживал его, Най вел его… Нет, нет…. хватит! Черно-серебристый шитвани заставил себя думать о другом. Ведь так чего доброго еще начнешь себя винить во всем случившемся, а тогда станет намного тяжелее.
Най прикрыл глаза и почему-то, ему сразу вспомнилась подземная станция. Он тогда едва оправился от ран, боялся каждой тени, шарахался от людей, и потому очень часто проводил время в комнате Рита. Там ему было не так одиноко, а общение с сородичем доставляло куда больше удовольствия, чем короткие и редкие разговоры с людьми. Быть может, Рит был и не такой уж и храбрый, зато вот что его точно отличало, так это любознательность.