— Что это такое? — почти оглохнув от продолжающего перекатываться от горы к горе эха закричал Най. — Не мог же я это сделать?
Накуам лишь схватил его за руку и потащил за собой, стараясь как можно быстрее убраться с навесного моста.
Вокруг раскаленного белого шара в небе клубились фосфоресцирующие облака, распадавшиеся на светящиеся синие огоньки, которые стремительными потоками неслись вверх и вниз, пронзая пространство и материю. Уже у самого конца моста у Ная подкосились ноги, в голову ворвалось призрачное пение сотен голосов, рождавшееся где-то в глубине сознания и волной растекающееся по нитям нервов. Какие-то смазанные, блеклые картины сменяли одна другую, на них были звезды, какие-то неизвестные ему места, светящиеся леса под сворачивающимся в темную иссиня-черную воронку небом, люди, башни Чистилища, знакомые улочки Аббервила… Упав на колени, шитвани прополз последние метры до лестницы уводящей с моста на четвереньках. Перед глазами то вспыхивали, то гасли какие-то образы, запомнить которые Най не старался, да и не мог. Рокочущее и окруженное вспышками света, отражающегося в разламывающихся и расплывающихся будто в сотнях разбитых зеркал кусках реальности Сердце, волна за волной выплевывало из себя сонмы синих искр, которые, сливаясь в почти осязаемые потоки, которые, как прорвавшая плотину вода, захлестнули Внутренний Мир и сквозь каменную толщь устремлялись к поверхности планеты. Облака скручивались в серые воронки, гул поднимавшегося вокруг Сердца вихря постепенно заглушил даже безостановочный гром. Най увидел, как в отдалении, с оплетающих огненный шар каменных щупалец порывы ветра срывают деревья и разламывают наиболее тонкие естественные воздушные анфилады.
Кое как оправившись от потрясения Най встал и даже помог подняться упавшему Накуаму. В уши вонзался вой урагана, треск и грохот словно молотом били по во вдруг нестерпимо разболевшейся старой ране на голове. Ветер упорно старался вновь сбить его с ног, по улочкам, сворачиваясь в небольшие смерчи носились облака пыли, тхаути, что-то кричавшие и шипевшие, разбегались по домам, стараясь найти укрытие в ближайших хижинах. Отблески молний вспыхивали на многогранных Колоннах Глорира, сбегая вниз по кристаллическим бокам, Наю показалось, что остров несколько раз перевернулся в воздухе, да и вообще шитвани ожидал, что сейчас Кхол-Туар провалится в туманную дымку, нависшую над лесом, однако странное явление прекратилось так же неожиданно, как и началось.
— Накуам, такое раньше случалось? — шитвани затряс ящера пытаясь привести его в себя.
— Смотри, народ собирается возле Храма, — ответил Накуам. — Этот вопрос они зададут Верховному Жрецу. Пойдем и послушаем, что он ответит. На моей памяти Сердце никогда так себя раньше не вело.
К Храму, который представлял из себя трехстороннюю пирамиду, к вершине которой поднималось по две лестницы с каждой стороны, стекались небольшие группы тхаути. Здание, раньше казавшееся Наю очень высоким, на деле было не таким уж и большим, просто он уж очень выделялся по своей архитектуре на фоне одноэтажных домиков горожан. Собравшаяся толпа уже достигла нескольких десятков существ, ящеры оживленно переговаривались, недоуменно поглядывая на Ная.
— Сердце возвещает нам конец мира, — потрясали узорчатыми палочками самые старые из тхаути. — Мы-то вот пожили, а что будет с молодежью?
Кецалькеш, облаченный в свой обычный золотистый наряд выбрался на возвышение перед храмом и подняв вверх длинные худые руки призвал всех к тишине.
— Тихо, народ мой, — провозгласил он. — Я, Жрец Сердца, спешу успокоить вас. Сердцу ничего не грозит.
Най ожидал возражений, споров и пересудов, однако их не последовало. Судя по всему, авторитет Кецалькеша в народе был непререкаем.
— Разве может Сердце угрожать нам, если среди нас… — его взгляд, скользивший по толпе, остановился на серебристо-черном шитвани. — …есть один из тех, кто и создал Его? Сердце признало в этом существе звездорожденного, а значит, оно не обрушит на нас свой гнев.
— Но тогда что произошло? — спросил сам Най. — Разве у вас такое происходит часто?
— Колонны говорят о чем-то похожем, что уже случалось ранее, — ответил Кецалькеш. — Сердце обеспокоено чем-то. Чем-то извне.
Извне… Най вздрогнул, услышав это слово. Значит, что-то произошло там, на поверхности. Что-то настолько масштабное, что даже тут можно было ощутить отголоски этого события. Но что это могло быть? Шитвани терялся в догадках. Очевидно лишь одно, причиной этому были те, кто называл себя терранцами. Кто, как не они? Не могли же биодроны разбудить Сердце?