— Эй, внутри… ты жив? — спросил мягкий голос, с чуть различимыми лающими нотками.
— Да, — закивал Дойл, сомневавшийся, что биодрон услышит его из-под гермошлема. — Черт, я выбраться не могу… Там снаружи ведь хрен знает как холодно, да?
— Пока нет, — ответил биодрон. — Но холодает.
Хвостатый извлек откуда-то из лохмотьев тряпья фонарик и Дойл зажмурился, от резанувшего по глазам света.
— А я тебя помню, человек. — биодрон соскочил на пол, колдуя над креплениями сочленений экзоскелета. — Хотя ты меня и навряд ли.
— Уже удивительно. — Дойл прикидывал, насколько долго его будет спасать термостатический костюм. — Я не помню, чтобы приходилось пересекаться с вашим братом…
— Ну как же. И захват заложников в магазине не помнишь?
Ах, да. Было такое. Вроде и биодрон там был. Светленький такой, с полосочками на плечах. Вот только как его звали сейчас уж и не вспомнишь.
— А я тебя сразу узнал. По голосу и по твоим чувствам. — рассказывал биодрон, отстегивая бронепластины экзоскелета. — Ты ведь не местный и у тебя восприятие мира иное. Сразу отличить можно.
— И как ты это все определяешь? — в луче фонарика Дойл наконец разглядел своего спасителя.
— Не знаю. Мы с рождения такие. Когда нас не глушат этими вашими псионными штуковинами.
Да, это был действительно тот самый биодрон. Если уж справедлива фраза о тесноте на планете, то что говорить об одном единственном городе. Только выглядел он сейчас не очень хорошо. Такое впечатление, что его танк переехал. Впрочем, судя по всему все повреждения были поверхностными, хотя биодрон и припадал на левую лапу и иногда шипя держался рукой за правый бок.
— Ты хоть напомни как тебя зовут. — попросил Дойл. — Ночь, видать, мне с тобой пережидать придется.
— Айт. — ответил биодрон. — А ты Майкл Дойл. Нет, не беспокойся, это у меня не память хорошая, я просто на значок посмотрел.
— Твои все из города ушли. — сообщил полицейский, хотя скорее всего Айт об этом уже знал. — А ты что отстал?
— Получилось так. — отмахнулся Айт. — Ты и вправду хочешь знать об этом?
— Да нет, мне честно говоря все равно… — Майкл с облегчением разжал затекшие пальцы на освобожденной от бронекостюма правой руке. — Но надо же как-то разговор начать.
— Тебя смущает, что мы такие разные? — поинтересовался Айт, отстегивая плечевое сочленение.
— Немного, — признался Дойл. — Я кого угодно тут встретить ожидал, но только не биодрона. Впрочем, что-то я уже ничему не удивляюсь.
— А для меня стало неожиданностью, когда твои сородичи открыли по вам огонь. — заметил Айт. — Странно.
— Для меня это уже не странно, — скрипнул зубами Дойл. — Добрался бы до этого координационного совета, передушил бы всех. Что они там, в столице, совсем с ума посходили?
— Не думаю, — мотнул головой биодрон. — Просто они отдали вас в жертву ради чего-то большего. Это так обычно для таких, как ты. С нами ведь это происходило постоянно.
Нечего возразить. Если разобраться, то вся история человечества, это история жертвы во имя чего-то большего. Во многих случаях пустого, бессмысленного и неоправданного.
Глухо скрипнув, отвалились плечевые пластины, а следом разомкнулись сцепления нагрудных пластин экзоскелета. Термокостюм успешно прошел испытание ночным холодом, но вот в лицо сразу впились сотни холодных игл. Стараясь дышать как можно чаще, наполняя свои легкие той крошечной долей кислорода в разреженном воздухе, Дойл высвободился из тисков ставшего ловушкой боевого скафандра. Поспешно отстранив немного мешавшегося Айта, полицейский открыл одно из отделений экзоскелета и достал оттуда портативный кислородный синтезатор. Когда крохотные иголочки пронзили слизистую оболочку носа и синтезатор воздуха закрепился на внутренней стороне ноздри, Дойл смог вдохнуть полной грудью. Было чертовски холодно, но все же не смертельно.
— Как ты этот холод переносишь? — поинтересовался Майкл у Айта, но биодрон только пожал плечами.
— Нам попроще.
Ну да, шерсть. А еще глаза закрыты чуть мутноватой пленкой как у ящериц. Она явно оберегает их от холода.
— И тебя не нашли эти твари? — Дойл оглянулся по сторонам в поисках оружия.
— Нет. Да и не искали. — Айт вскарабкался по обвалившимся балкам и выглянул на улицу. — Я могу сбивать их со следа. Я ведь тоже в вашем понимании психокинетик.