— Я стал другим, да? — полушепотом спросил он у нее. — Ты меня боишься, хотя раньше и любила.
— Вик, давай поговорим об этом наедине, хорошо? — попросила Лина, нехотя, но все же ласково погладив Вика по мохнатой спине. — Я услышала много странного и непонятного, к этому надо привыкнуть. Дай мне время. Сейчас мы все равно ничего не решим, может быть, лучше отдохнем?
— Да, поддерживаю идею — встрял Рэнд. — День выдался не ахти какой, и побегать пришлось и понервничать. Лично я на боковую.
— Я, пожалуй тоже. — опираясь на ствол дерева с трудом поднялась на ноги Грейт. — Вик, я обдумаю все, что ты мне тут наговорил. Но знай, что мое согласие ты вряд ли получишь. Я вас растила не для того, чтобы убить.
— А для чего тогда? — Вик проводил взглядом уходившую Мериен.
— Теперь сама не знаю. — махнула она рукой.
Вик придвинулся поближе к Лине и осторожно, словно боясь того, что она может отстраниться, обнял ее рукой за плечи. Но она не сдвинулась с места, хмуро сверля взглядом собственные ботинки.
— Теперь мы одни, — сказал Вик. — Ну рассказывай, как ты тут. Как родители?
Лина молчала. Вик мог просто вытащить все из ее памяти, но не делал этого. Он быстро понял свою главную ошибку и теперь старался ее исправить.
— Ты думаешь, что я могу причинить тебе вред? — он попробовал подойти с другой стороны.
— Да, — кивнула Лина. — Неосознанно. Специально, конечно не станешь, ведь ты все тот же Вик. Но неосознанно можешь. Потому что сейчас в тебе сидит еще кто-то.
— Что мне надо сделать, чтобы ты мне поверила? — Лина отметила, что сейчас из Вика испарилась его былая неуверенность и нерешительность.
— Ничего. Просто будь тем, каким я тебя знала. Не надо вот этого нового, привнесенного.
— Это не привнесено. — виновато сказал синдараи. — Я таким и был, просто это было скрыто глубоко во мне. Думаешь, нерешительный зверек, которого ты знала, смог бы перенести то, что с ним сделали и поднять восстание?
— Может быть ты и прав. — Лина опустила голову ему на плечо. — Ты стал взрослый. Возможно, раньше времени, но война всех делает взрослее. Что уж говорить о тех, кто ее начинает?
— Эту войну начал не я. — Вик выглядел уставшим и, судя по всему, немного жалел, что начал свое появление с такой бравады. — Я ее лишь продолжил.
Лина смотрела на его мордочку, на которой не осталось ни единого шрама. Он был все таким же красивым. Чуть подросшая челка совсем не портила его. Тот, кто называл себя «синдараи» повернулся, встретившись с ней взглядом, и Лина почувствовала, как по ее щеке пробежали мягкие ворсинки у кончика хвоста.
— Когда я умирал… — начал Вик, с трудом подбирая слова, — я очень боялся. Мне казалось, что там нет ничего кроме холодной пустоты. Что я сейчас потеряю и тебя и самого себя. Все оказалось не так. По ту сторону не было темноты и холода. ОНО согрело меня, подхватило, не дав сорваться в бездонную пропасть, и вернуло к жизни.
— О чем ты говоришь? — Лина прижалась к нему, окружавший ее мир вдруг стал нечетким, размытым и единственным существом из плоти и крови остался Вик.
— О Сердце. — ответил он, проводя подушечками на пальцах у нее по волосам. — Представь себе огромный, плывущий в небе шар из яркого голубого света. У него есть студенистое, тело, похожее на тело морского ежа. Длинными щупальцами и усиками оно цепляется за острые как клыки скалы, которые свиваются вокруг него в воздушный лабиринт, и медленно ползет по небу. Оно живое, хотя не все могут это понять. Оно мыслит, чувствует и думает. Оно греет своим светом Внутренний Мир и дает жизнь всему, что там есть.
— А я смогу увидеть Сердце?
— Сможешь. — весьма уверенно ответил синдараи. — Куда же ты теперь от меня денешься. Я тебя не брошу.
— Видишь Вик, в тебе не все умерло от того биодрона, каким ты был. — грустно вздохнула Лина. — Я думаю, что в вас всех, тех, кто возродился, осталась частица тех, кем вы были раньше. Я не знаю, плохо это или хорошо. Просто быть может, когда вы будете снова принимать решения, стоит помнить об этом. Посмотри на окружающих тебя соплеменников. Они родились в нашем мире, но они не хотят умирать точно так же, как не хотел умирать и ты. А вы, там, внизу, уже все решили за них?
— Мы ничего не сможем сделать, — вздохнул Вик, обняв Лину. — Хотя мне и хотелось бы этого. Сейчас «Орден» будет уничтожать все Чистилища на Тиадаре, в целом, итак играя нам на руку. Какой смысл ему мешать?