— Интересно, зачем мы пришли оттуда в эту галактику?
— Не знаю. Быть может, просто летали от звезды к звезде, познавая окружающий нас мир. Ведь во вселенной столько всего фантастического и неведомого..
— Это немного романтично. — Най смотрел на плывущие по кристальному потолку тени и волны изумрудного света. — Странники в вечной ночи, которые идут от одной звезды к другой. И куда не прилетишь, эти звезды все так же далеки и сверкают, словно бриллианты во мраке…
— Было ли все так на самом деле… — Рит протянул руку и на его ладонь села большая бабочка, наполовину состоявшая из волн голубого газа. — Откуда мы знаем?
— Ри-ит… если бы ты знал, как мне не хочется снова думать о поверхности… — черный шитвани тяжело вздохнул, пиная лапой небольшой земляной коралл. — Вообще надо выбросить эти воспоминания из головы.
— Тяжело, но что поделать. Если мы не будем предпринимать никаких действий, это не значит, что люди тоже станут бездействовать. Они — угроза этому миру и прежде чем наслаждаться жизнью, ее надо каким-то образом устранить.
Рит осторожно положил ладони на плечи Ная, легко поглаживая черный мех. В ответ на это, Най встряхнул длинными серебристыми волосами и наклонив голову прижался к руке Рита щекой. По его телу разлилось приятное тепло, странно действовавшее на сознание. Волны пробегающей по мышцам энергии расслабляли и грели тело.
— Помнишь, я говорил, что есть что-то вроде внутреннего родства? — Рит коснулся черным носом шеи Ная. — Что мы, когда впервые заглядываем в разум сородичу, видим, насколько мы близки?
— Тогда мы отдыхали возле подземного парящего океана, да? — вспомнил черный шитвани.
— Да. Тогда это было не более чем предположение, но сейчас я уверен в том, что родство душ, это главное, что у нас есть. Как-то так получилось, что мы практически идентичны, хотя и родились в разное время и в разных местах. Мне все время было страшно, что я потеряю тебя…
— А я себе не мог найти места в Кхол-Туаре.
Рит нехотя встал со скамьи, и прошел чуть вперед, под струящийся туманный занавес света. Пробивавшиеся сквозь изумрудный купол лучи искрились на его черных волосах и на темных пластинах одежды. Кончик хвоста нервно подергивался, виляя в разные стороны светящимися ворсинками.
— Когда у двоих синдараи обнаруживается родство сознания, они объединяются в синкрин. Это похоже на то, что люди зовут семьей, но с куда более тесными узами и связью. — сказал смотря на журчащий фонтан Рит. — Синкрины живут отдельно, ограничиваясь лишь своим кругом. Поэтому я и выбрал сдвоенный дом. А еще, те, кто обладает похожим сознанием, могут объединить его, связав воедино свои нервные системы. Так они связывают воедино свои н'кро… Ту самую жизненную силу, что позволяет нам не умирать в своих телах и жить вечно.
— И ты хочешь… сделать это? — Най бесшумно подошел к Риту, чувствуя как внутри него что-то приходит в движение.
Его пальцы скользнули по талии Рита и на шерсти рыжего шитвани остались огневеющие полосы живого света. Люминесцирующие узоры на шерсти Ная тоже горели ярко, как никогда.
— А почему нет? Кто знает, что будет дальше? Быть может, этот мир погибнет, и мы так и не узнаем, каково это — существовать в едином целом.
— Ты ждешь моего согласия или отказа? — Наю отчего-то стало до ужаса неловко. — Хорошо, я согласен.
Они спустились вниз, к фонтану, забравшись в едва пропускавшую изумрудный свет заросль аквамариновых растений, которыми поросли все углы центрального зала. Выгнутые листья с неровными краями нависли над ними живым куполом. По едва заметному движению пальцев, гибкие пластины с тихим звоном упали в траву.
Най улегся на теплую землю, закрыв глаза и внутренним взором наблюдая за льющимися из ниоткуда и уходящими в никуда потоками холодного сияния, которым наполнялся мир. Концентрированными пучками света были растения, кристаллы, стены дома, но самым ярким переливающимся голубовато-синими тонами облаком был Рит. Его невозможно было не узнать, ведь этот сгусток света имел четкую форму тела и она полностью повторяла внешний вид синдараи. Рит скользнул вперед, прижимаясь к груди Ная, Теперь их глаза оказались на одном уровне и из них как из крошечных фонариков, пробивался рвущийся изнутри тел свет. Ярче всего сияли кристаллы на переносице, и Наю казалось, что между ними уже пролегли бледные, тонкие нити странной энергии, соединившей два сознания. Это свечение разливалось вокруг туманным облаком, обволакивая обеих шитвани холодным, дрожащим ореолом.