— Девочки, вы займитесь хозяйством, — обратился он к Анюте, — готовьте на всех и на сеньора Торрихоса тоже.
— О-о-о! Дедушка возвращается, — подпрыгнула Лусия, — а когда он будет?
— Минут через тридцать, — обрадовал ее abuelo, — соскучилась девочка?
— Да сеньор, — бесхитростно откликнулась юная испанка, — соскучилась.
— Abuelo Vlad, — позвал я дедушку, — давай сходим в комнату, где оружейные ящики хранятся?
— Обязательно сходим, но немного позже, — abuelo подождал, пока девочки вышли из зала, — так, ребята, давайте поближе. Есть разговор.
— Позвонил Торрихос, это вы слышали, — дедушка обвел нас всех взглядом, — вчера, когда начался шторм, катер береговой гвардии вернулся в порт приписки, но сегодня к вечеру или завтра с утра они продолжат операцию по обезвреживанию вооруженных бандитов, скрывающихся на острове. Не исключено, что под эту категорию, в их понимании, подпадаем и мы. У Альдо, оказывается, есть приятель в Гренаде, который близко знаком с начальником береговой охраны, поэтому информация, практически, из первых рук. Нам надо завязывать с нашими поисками и возвращаться на Барбадос. Я сильно сомневаюсь, что два десятка полицейских не смогут отыскать наше убежище. А воевать с коллегами — я на это не подписывался и другим не позволю.
— Так мы же ничего здесь не нашли? — Иванчук едва дождался конца фразы, — смысл, тогда, был сюда добираться?
— Будем считать, что мы неплохо отдохнули от своих домашних проблем, совершили классный трансатлантический переход, — дедушка снова обвел всех взглядом, — у кого-нибудь есть толковые предложения? Готов их выслушать. Если нет — будем собирать вещи, обедать и грузиться на яхту. Погода позволяет сегодня совершить переход до Барбадоса. А еще, вы не забывайте, что где-то на острове прячутся два ублюдка с автоматами, готовые в любой момент нафаршировать нас свинцом.
— Так и я про то, — одессит не унимался, — они же не зря сюда заявились, знают, что «Золото окраины» здесь. А мы — пас! Домой срываемся, когда осталось только карман подставить под золотой ручей.
— Держи карман шире, — рассмеялся, подошедший собровец, — чтобы мимо не протекло. Мы весь бункер обшарили по сантиметру, ты же сам ползал даже под дизель-генератором. Много нашел?
— Михалыч, ну нельзя же сдаваться, когда мы у цели, — Иванчук все больше распалялся, — где-то мы просмотрели. Может, какая потайная дверь, которую в полутьме не разглядели.
— Сергей, вот ты этим сейчас и займись, — неожиданно пошел ему навстречу дедушка, — все равно тебе, кроме оружия собирать нечего. А мы с Марком посмотрим пока, что за ящики он обнаружил. Пойдем малыш, — он повернулся в мою сторону, — пока девочки собирают на стол, глянем твою находку.
Мы с abuelo спустились в склад и я показал ему штабель ящиков в дальнем углу. Посветив фонариком, нашел трухлявый угол, который сам же расковырял и постучал ножом по железу.
— Вот, здесь металл, а такие ящики должны быть деревянными, я ведь видел ящики с боеприпасами.
— Марк, а ты читал, что на этих «таинственных» ящиках написано? — скепсис так и сквозил в словах abuelo, — или проще было взломать?
— Нет, не читал, — к своему стыду, я понял, что совершенно не придал значения маркировке ящиков, — а что там?
— Achtung, minen! [1] Дорогой ты мой детектив, — даже при тусклом свете аварийного освещения было заметно, что дедушка улыбается, — мой, не слишком продвинутый английский, подсказывает, что в ящиках взрывчатые вещества и, скорее всего, они запаяны как патронные цинки. Мы с Михалычем видели эти ящики, он сразу сказал, что это взрывчатка. По-хорошему, надо бы его с Мигелем сюда отправить, чтобы посмотрели на предмет растяжек и детонаторов, но им сейчас не до этого.
[1] Внимание мины! (нем).
Дедушка не стал рассказывать, чем таким важным заняты наши сыщики, по совместительству — саперы, ну а мне было неловко, что сам не догадался прочитать надписи на ящиках, поэтому вопрос о том, что они делают перед самым отъездом, завис в воздухе. Ну, или в моем подсознании.
— Пошли отсюда, — abuelo тронул меня за рукав куртки, — девочки тебя, наверное, уже потеряли.
Сборы, тем временем, шли полным ходом. Только Иванчук с недовольным выражением лица, внимательно наблюдал через амбразуру за окрестностями. Похоже, что ему пришлось отказаться от предложения abuelo снова обшарить все подземелье.
— Саныч, я не могу постоянно бегать из комнаты в комнату, — обратился одессит к дедушке, — может Марк отсюда будет присматривать, а я перейду в ту комнату, откуда северную сторону видно. Хорошо?