— Здравствуй, Гулли.
— Кто это?
— Робин.
— Робин?
— Бывшая Робин Уэднесбери.
— Бывшая?..
— Ныне Робин Йовил.
— Не понимаю. Я мертв?
— Нет, Гулли.
— Где я?
— Далеко, очень далеко от Святого Патрика.
— Но где?
— Мне некогда объяснять, Гулли. У тебя мало времени.
— Почему?
— Потому что ты еще не умеешь джантировать через пространство-время. Тебе надо вернуться и научиться.
— Я умею. Должен уметь. Шеффилд сказал, что я джантировал к «Номаду»… шестьсот тысяч миль.
— Тогда это была случайность, Гулли. Ты снова сделаешь это — когда научишься… А пока ты не знаешь, как удержаться… как обратить любое Настоящее в реальность. Вот-вот ты опять сорвешься в собор Святого Патрика.
— Робин, я только что вспомнил. У меня для тебя плохие новости.
— Знаю, Гулли.
— Твоя мать и сестры погибли.
— Я знаю это очень давно.
— Давно?
— Тридцать лет.
— Это невозможно.
— Возможно. Ты далеко, далеко от Святого Патрика… Я хочу рассказать тебе, как спастись от огня, Гулли. Ты будешь слушать?
— Я не мертв?
— Нет.
— Я буду слушать.
— Ты страдаешь синестезией, все твои чувства перепутаны. Это скоро пройдет, но пока придется говорить так, чтобы ты понял.
— Почему ты мне помогаешь?.. После того, что я сделал с тобой…
— Все прощено и забыто, Гулли. Слушай меня. Когда опять окажешься в соборе, повернись к самой громкой тени. Ясно?
— Да.
— Иди на шум, пока не ощутишь покалывание на коже. Остановись. Сделай пол-оборота в сжатие и чувство падения. Иди туда. Пройдешь через столб света и приблизишься ко вкусу хинина. На самом деле это клубок проволоки. Продирайся прямо через хинин; там увидишь что-то стучащее, словно паровой молот. Ты будешь в безопасности.
— Откуда все это тебе известно, Робин?
— Мне объяснил специалист, Гулли. — Появилось ощущение смеха. — Вот-вот ты сорвешься в прошлое… Здесь Питер и Саул. Они передают тебе привет и желают удачи. Джиз Дагенхем тоже. Счастливо, Гулли, милый…
— В Прошлое?.. Это Будущее?..
— Да, Гулли.
— А я там есть?.. А… Оливия?
И в этот миг он, кувыркаясь, полетел вниз, вниз, вниз, по пространственно-временным линиям вниз, в кошмарную яму Настоящего.
Глава 16
Его ощущения пришли в норму в Звездном Зале дворца Престейна. Зрение стало зрением, и он увидел высокие зеркала и витражные стекла, золотые корешки фолиантов и библиотекаря-андроида на шаткой библиотечной лесенке. Звук стал звуком, и он услышал стук механического пишущего устройства, за которым сидела секретарша-андроид. Вкус стал вкусом, когда он пригубил коньяк, поданный роботом-барменом.
Фойл понимал, что находится в безвыходном положении: он приперт к стене; сейчас ему предстоит принять самое важное решение в жизни. На данный момент он пренебрег врагами и обратился к сияющей улыбке, застывшей на металлическом лице бармена, классическому ирландскому оскалу.
— Спасибо, — сказал Фойл.
— Счастлив служить, — ответил робот, ожидая следующей реплики.
— Приятный день, — заметил Фойл.
— Где-нибудь всегда выдается чудесный день, сэр, — отозвался робот.
— Ужасный день, — сказал Фойл.
— Где-нибудь всегда выдается чудесный день, сэр.
— Погода, — сказал Фойл.
— Где-нибудь всегда выдается чудесный день, сэр.
Фойл повернулся к присутствующим.
— Это я, — сказал он, указывая на робота. — Это мы все. Мы болтаем о свободе воли, но не представляем из себя ничего, кроме реакции… механической реакции, однозначно заданной и определенной. И вот… вот я здесь, готовый реагировать. Нажмите на кнопочку, и я подпрыгну. — Он передразнил холодный голос робота: — Счастлив служить, сэр. — Внезапно его тон изменился и прозвучал, как удар бича: — Что вам надо?
Они беспокойно зашевелились. Фойл был обожжен, обессилен, изранен… и все же оставался хозяином положения.
— Давайте оговорим условия, — продолжал Фойл. — Меня повесят, утопят, четвертуют, если я не… Чего вы хотите?