Внешние Спутники, дерзкие молодые миры в процессе становления, приобретали до семидесяти процентов транспортных услуг ВП. Джантирование с этим покончило. Они приобретали девяносто процентов услуг связи. Джантирование покончило и с этим. Как следствие, спрос на сырье ВС резко сократился. Торговый оборот упал, и экономическая война переросла в боевые действия. Компании ВП, пытаясь защитить себя от конкуренции, прекратили поставки Внешним Спутникам добывающего оборудования. ВС конфисковали работающие на их территории предприятия, разорвали патентные соглашения, отказались от лицензионных выплат… И началась война.
Солнечную систему уродливо перекосило. Настало время чудовищ, выродков и гротеска. Традиционалисты и романтики, его ненавидящие, не понимали потенциального величия XXIV века. Они были слепы к бесстрастному факту эволюции: прогресс рождается в столкновении крайностей, в слиянии несовместимого. Привычный мир разлетелся, как карточный домик, и дрожал на грани взрыва, который изменит человека и сделает его хозяином Вселенной.
На фоне этого бурлящего столетия и началась история мести Гулливера Фойла.
Часть первая
Глава 1
Сто семьдесят дней он умирал… и все еще не был мертв. Он дрался за жизнь с яростью загнанного в ловушку зверя. В минуты просветления его примитивный мозг вырывался из бреда и принимал боль гниющего тела. Тогда он поднимал немое лицо к Вечности и бормотал:
— Что там, эй? Помоги, Целитель. Помоги, и все.
Богохульство давалось ему легко, ругань была его языком всю жизнь. Он родился в сточной канаве двадцать четвертого века, воспитывался «дном» и говорил на уличном жаргоне. Он цеплялся за жизнь и молился, сквернословя; но иногда его заблудший мозг прыгал на тридцать лет назад и вспоминал колыбельную песенку:
Гулливер Фойл, помощник механика 3-го класса, тридцатилетний, тупой и грубый, сто семьдесят дней дрейфовал в космосе. Гулливер Фойл — смазчик, уборщик, грузчик, слишком легкомысленный, чтобы почувствовать горе, слишком сонный, чтобы изведать радость, слишком пустой для дружбы, слишком ленивый для любви. Летаргические контуры его характера видны из архива Торгового Флота:
Фойл Гулливер — АС-128/127:006
Образование
никакого
Навыки
никаких
Достоинства
никаких
Рекомендации
никаких
Краткая характеристика: Физически сильный. Интеллектуальный потенциал подавлен отсутствием целей. Типичный Средний Человек. Возможно, что некое потрясение способно пробудить интеллект, однако психологическая служба не в состоянии подобрать ключ. Не рекомендуется для дальнейшего продвижения.
Фойл застыл в мертвой точке. Тридцать лет он плыл по жизни, как некое бронированное чудовище, неповоротливое и безразличное… Гулли Фойл, типичный Средний Человек. Но теперь он дрейфовал в космосе, и ключ к его пробуждению был уже в замке. Вот-вот он повернется и откроет дверь в катастрофу.
Разбитый космический корабль «Номад» замер на полпути между Марсом и Юпитером. Неведомая катастрофа превратила огромное сооружение — сто футов длиной, сто футов шириной — в скелет, за который цеплялись остатки кают, трюмов, палуб и переборок. Безмолвный сгусток света и тьмы — одна сторона разбитого корпуса поблескивала под лучами далекого Солнца, другую заливал холодный свет звезд. Поломанное и погнутое оборудование, обломки машин и аппаратуры зависли внутри непроходимыми джунглями, постепенно сближаясь друг с другом под действием взаимного притяжения.
Гулливер Фойл, АС-128/127:006, единственный, кто остался в живых, занимал инструментальный шкаф на главной палубе — четыре фута в ширину, четыре фута в глубину и девять футов в высоту. Никаких других герметических помещений не сохранилось. Шкаф имел размеры большого гроба. Шестью столетиями ранее самой изощренной пыткой считалось поместить человека в подобную клетку на несколько недель. И все же Фойл существовал в этой погруженной во тьму клетке пять месяцев, двадцать дней и четыре часа.
— Кто ты?
— Гулли Фойл меня зовут.
— Где ты?
— В глубоком космосе я живу.