― Они там не торопятся, ― отметила Тиган.
― Ваш папа объясняет правила дома, ― сказала миссис Уилтсон. ― В больнице Скиннер не отходила от него ни на шаг. Она даже не позволила Финну поехать с нами. Эта женщина ничего не знает о мальчике. Он МакКамхейл до мозга костей.
― Что это значит?
― Это значит, что он Путешественник. Он не должен был жить по правилам мисс Скиннер.
― Они идут, ― Эйден выскочил из-за угла на четвереньках.
― Хорошо, ― ответила миссис Уилтсон. ― А теперь иди мыть руки.
― Я не хочу мыть руки. Хочу остаться здесь и посмотреть на Финна.
Миссис Уилтсон опустила подбородок и строго посмотрела на него.
― Да, мэм, ― Эйден пулей рванул в ванную.
Когда Финн зашел на кухню, у него на плече все еще висела сумка. Тиган повернулась так, чтобы видеть его краем глаза, пока раскладывала салфетки. На мгновение воцарилось неловкое молчание: Финн разглядывал картину Зеленозубой Джинни, а старшие Уилтсоны наблюдали за ним, пока не вернулся Эйден, с рук которого капала вода.
― Как ты сломал руку? ― спросил мальчик.
― Упал с дерева.
― Что ты делал на дереве?
― Вел себя как дурак.
Эйден ткнул пальцем в сумку.
― Это мужская сумка?
― Это мой набор для переезда.
― А что в нем?
― Сменная одежда. Лишняя пара носков и прочие вещи, которые всегда нужны в путешествиях. Хочешь посмотреть?
― Да! ― Эйден потянулся к нему, но Финн поймал его за руку. ― Сначала вытри руки.
Эйден вытер ладони о рубашку, а Финн поставил сумку на пол и открыл ее. Эйден порылся в ней и вытащил пару чистых носков, затем рулон клейкой ленты.
― Что это такое?
― Клейкая лента. Самая полезная штука на земле, ― серьезно ответил Финн. ― Клейкая лента может спасти от всего.
― Только не животных, ― Эйден сунул скотч обратно в сумку. ― Тиган лечит раненых животных в зоопарке.
― Лечит? ― переспросил Финн. ― Каких, например?
― Лысых крыс, ― Эйден пожал плечами. ― И прочих уродцев. Тиа считает, что обезьяны ― это просто уродливые люди.
― Неправда, ― Тиган с удивлением обнаружила, что ее голос не дрожит. ― Не совсем. Я считаю, что они более развитые, чем мы привыкли считать, и им нужно дать пространство, чтобы жить. Жить свободно.
― Как же тебе тогда может нравиться зоопарк? ― спросил Финн.
― Мне не обязательно любить клетки, чтобы любить животных. ― она поставила спагетти на стол.
Уилтсоны сели, и Финн занял свое место напротив миссис Уилтсон. Тиган склонила голову.
― Да будет благословение пяти хлебов и двух рыб нашим, ― они вместе начали читать молитву. Финн явно знал ее: он не пропустил ни слова. ― Пусть Господь, поделившийся этим с нами, благословит наш общий обед. Аминь.
Ему было немного трудно пользоваться левой рукой, и заметно, что он не привык есть за столом. Но он не выглядел смущенным или неловким. Напротив, он был наблюдательным.
Он брал по чуть-чуть от каждого блюда, которое ему подавали, точно так же, как это делал мистер Уилтсон.
Но Тиган была уверена, что со спагетти он не справится. Финн внимательно смотрел, как мистер Уилтсон накручивает на зубцы вилки немного макаронин, помогая себе ложкой, и как Эйден действует по принципу «поймай и заглоти червяка». Так как ложкой он пользоваться не мог, то ограничился тем, что покрутил вилку и поднес ко рту. В итоге весь подбородок оказался в томатном соусе.
Мистер Уилтсон взял салфетку и вытер свой рот, и Финн сразу же повторил. Тиган быстро отвела взгляд, чтобы скрыть улыбку. Ее отец раскусил Финна и намеренно давал ему подсказки.
― А где Мамио? ― спросила миссис Уилтсон.
― Неподалеку, ― ответил Финн. ― Вы не говорили о ней мисс Скиннер?
― Финн МакКамхейл, ― строго начала миссис Уилтсон. ― Я тоже была Путешественницей. Разумеется, я ничего ей не сказала.
― Я не знаю ее точное местонахождение, ― продолжил Финн, немного расслабившись. ― Как не знал, что вы все еще в Чикаго, тетя Эйлин, когда называл им ваше имя. Мамио разделила семью.
― Почему? ― спросила миссис Уилтсон. ― Зачем ей было это делать?
― Я не знаю. Это было много лет назад.
― Как давно ты живешь сам по себе?
― Пять лет. После смерти родителей я год провел в приемной семье. Они были хорошими людьми, но коренными. Поэтому мне пришлось уйти. Еще год я прожил с Мамио. А потом я стал сам по себе.
― Ты живешь на улице с двенадцати лет? ― удивился мистер Уилтсон. ― Как ты с этим справился?
― Пусть мальчик спокойно поест, ― вмешалась миссис Уилтсон. ― Сейчас он дома.
― Вот как здесь все устроено, Финн, ― объявил мистер Уилтсон, когда все поели. ― Тиган готовила, Эйлин заканчивает работу над картиной, так что нам с тобой остается только прибраться. Ты хочешь помыть посуду или почитать вслух, пока я буду мыть посуду?