- Я не собираюсь увольнять тебя, Джорджия, - говорит он. Его глубокий голос пронзает мое тело дрожью, лаская мое имя. В моей голове, как мелькающие кадры, вспыхивают, один за другим, образы Лэндона: трахающего меня, облизывающего меня, целующего меня. Я вздыхаю, и моя рука снова взлетает к его груди, скользит под лацкан пиджака и прижимается к теплому хлопку рубашки. Он меняет положение, и я чувствую, как его пальцы нежно обхватывают мой подбородок, поднимая мое лицо.
- Посмотри на меня, - тихо говорит он.
Я делаю нерешительный вздох, и, хотя я знаю, что это плохая идея, я открываю глаза, встречая его темный взгляд. Все вокруг нас замирает, как будто мы совершенно невидимы, скрыты в нашем собственном маленьком пузыре. Его хватка на моем подбородке ослабевает, и он проводит большим пальцем по нижней губе, пока не касается моей щеки. Сердце в груди отбивает барабанную дробь. Я заметила вспышку желания в его глазах за секунду до того, как он меня поцеловал. Его губы прижимаются к моим почти благоговейно, подразнивая, будто он не уверен в своих действиях. Я стараюсь вспомнить, почему всего этого не должно происходить, но он превращает меня в дуру, не способную трезво мыслить.
Моя рука движется по его груди, пока пальцы не обхватывают шею, притягивая ниже к себе, и я поднимаюсь на носочки, отчаянно пытаясь стать к нему ближе. Его язык скользит по моей нижней губе, и я открываюсь, позволяя ему войти. Я целую его, пока не начинаю тонуть, и он обхватывает мое лицо обеими руками и физически разрывает нашу связь. Когда я открываю глаза, его лицо искажено животной страстью, будто он на грани. Мы замираем в этом положении на секунду, и, кажется, он борется с собой, на его лице читается нерешительность.
- Идем, Джорджия, - приказывает он, отступая на шаг и опуская глаза. Он протирает рукой свой рот. - Возьми машину. Увидимся вечером, - затем он разворачивается и уходит в противоположном направлении, оставляя меня одну.
Я разворачиваюсь и пересекаю улицу так быстро, как только могу, запрыгивая в ожидающий меня автомобиль. Слишком много подобных ситуаций. Я не уверена, что мы можем это контролировать.
Я прошу отвезти меня до одного из местных баров за углом от офиса Квинн. Сейчас семь, поэтому я считаю, что это подходящее время, чтобы выпить. Я отправляю Квинн сообщение, где предлагаю ей встретиться со мной.
Спустя пятнадцать минут она входит в бар, оглядываясь по сторонам, и выглядит так, словно вляпалась в собачее дерьмо.
- Ладно, почему, черт возьми, мы здесь? - спрашивает она.
- Чтобы напиться. - Конечно, дайв-бар не совсем соответствует местам, где мы бываем, и Квинн выглядит до смешного неуместно в своем костюме от «Армани».
- Разве мы не можем сделать это в каком-нибудь другом месте?
Я толкаю к ней "Космополитен", который успела заказать.
- Неа. Я не хочу, чтобы меня видели пьяной. - Никто из нашего круга не любит проводить время в подобных заведениях.
- Отлично. За что мы пьем?
- За то, что я облажалась, - я поднимаю свой стакан, наполовину наполненный водкой, потому что я решила пропустить разогрев и напиться сразу.
Она закатывает глаза, когда мы чокаемся.
- Что случилось?
- Лэндон обвинил меня в том, что я непрофессионально себя вела. - Ее брови приподнимаются. - А потом он поцеловал меня на улице, и я с готовностью набросилась на него в ответ.
Квинн моргает и смотрит на меня неодобрительно.
- Если ты не можешь держать собаку на поводке, то тебе нужно его укоротить.
Я фыркаю.
- Ты встречалась с Лэндоном Бэнксом? Этого мужчину невозможно держать на привязи.
Она пожимает плечами.
- Ты знаешь, что должна сделать, Джорджия. Я не нужна тебе, чтобы это озвучить.
Я знаю, но почему-то, когда дело доходит до него, я не способна мыслить чем-то, кроме своей гребаной вагины. Разве это делает меня слабой, я позволяю ему меня использовать? Или же, наоборот, это характеризует меня достаточно сильной, чтобы принимать то, чего я так желаю? Глупой. Это делает меня глупой даже для того, чтобы понять это, не говоря уже о том, чтобы жить с этим. Лэндон - не какая-нибудь собачка; он – чертов волк. И я - тигрица, которая превращается в котенка, как только оказываюсь возле него. К черту! Я его ненавижу.